«Nova’78» на Beldocs: отчёт Агента Эс

Май, 24, 2026. Белград. Вечер. Погода около 76°F.

По залу кинотеатра разносится голос агента Агент Ли. Узнаваемый и трескучий, словно радио, настроенное на канал с помехами. Стол в гримёрке: вегетарианская еда, сигареты, водка. 1978 год. Аллен Гинзберг, Брайон Гайсин, кажется, РАУ и Агент Ли обсуждают предреволюционную обстановку в Иране. Гинзберг утверждает, что среди дураков в ЦРУ всё же есть толковые люди. Агент Ли утверждает, что шаха свалят муллы, исламские фундаменталисты. Мудаки растут быстрее нефти.

В зале — 2026 год.
Новости пахнут палёным пластиком и авиационным топливом.
Агент Эс окончательно убеждается: время — плоский круг.

Зал на киноэкране аплодирует.
Зал кинотеатра аплодирует.
Агент Ли передаёт извинения доктора Бенвея, который не сможет посетить конференцию. Доктор Бенвей всегда отсутствует именно тогда, когда нужен больше всего. Агент Ли займёт его место. Наши везде.

Конференция Nova состоялась осенью 1978 года, с 30 декабря по 2 ноября, в Нью-Йорке, штат Нью-Йорк. Её инициатором стал писатель и издатель Джеймс Грауэрхольц, а в центре внимания оказались фигура и творческое наследие Уильяма Берроуза. Три дня её участники
писатели
поэты
музыканты
киношники
панки
торчки
святые
заражённые Вирусом
выступали, обсуждали, творили и размышляли. А также шумели, курили, пророчествовали, импровизировали, заражали друг друга будущим.

Всё происходящее фиксировалось ручной 16-миллиметровой камерой; за съёмку отвечали документалист Говард Брукнер и студенты-кинематографисты Джим Лейбовиц и Том Дичилло.

Потом плёнки исчезли. Исчезновение — естественное состояние любого архива.

Нашли их в 2022 году. Кинематографисты Аарон Брукнер (племянник Говарда) и Родриго Ареяс восстановили их и перемонтировали, не отказав себе прибегнуть к технике cut-up. Монтаж как вскрытие.

Агент Ли на экране проводит аутопсию.
И роняет сигаретный пепел в рассечённую брюшную полость.
Зашивайте!
Я не могу работать в таких условиях!

Трескучий голос Агента Ли, высказывается ли он едко против Поправки 6, пытавшейся запретить пидорам работать в государственных школах Калифорнии, или напевы Патти Смит, голос которой так сильно контрастирует с недостаточностью технических средств, передающих её запечатлённый образ, и напоминает о том, что она Великая американская женщина, всё это наслаивается на кафкианскую повседневность прокопчённых ньюйоркских кварталов
грязных окон
ночлежек «Армии Спасения»
скуки рекламных вывесок
разорившихся магазинов
—
вскрывая абсурдность существования.

И внезапно становится ясно: Нью-Йорк’78 не сильно отличается от Куйбышева’87. Одна и та же усталость материи. И если вам нужны полёты снаружи всех измерений — начните с собственных снов. Пока там нет таможенной службы. Вслед за отважными советскими космонавтами и астронавтами США. Про космос и случайное освоение его просторов (одинаково пригодных и для того, чтобы взглянуть на Землю со стороны, и для того, чтобы обрушить на неё ядерный огонь) на конференции рассуждают Тимоти Лири, РАУ, Брайон Гайсин и Агент Ли.

No Future.

1794 год. Уильям Блейк публикует стихотворение «The Tyger»… «Burning Bright!» — орут Гинзберг сотоварищи со сцены Entermedia Theater в Ист-Виллидже в 1978 году под тягучий стон шрути-бокса. Филип Гласс выколачивает похожие стоны из электрического органа Yamaha. И точно ли это именно то цифровое звучание, которое он мечтает добыть? С уверенностью можно сказать одно: через сколько-то лет, когда наступит одновременно и будущее (для Гласса’78) и прошлое (для Агента Эс’26), он точно достигнет именно тех звуков, которые ему нужны.

Будущее. Про него, в целом, на конвенции Nova говорят много. Пытаются осмыслить его очертания. Его эманации. Активно пытаются в него проникнуть. На афише фильма «Nova’78», вывешенном в коридоре Белградского культурного центра’26 значится: «Прошлое было громче, чем вы думали». Это так. Ведь зернистая куплерная хромогенная киноплёнка, парадоксальным образом, запечатлела отвратительно бесцветный и визуально бедный Нью-Йорк’78. Но сохранила страстный позыв, объединивший всех собравшихся: важно мечтать (а так же сновидеть) и думать о будущем не для того, чтобы оно случалось с тобой, а чтобы ты его совершал.

Будущее здесь главный джанк.
О нём говорят постоянно.
Его вызывают.
В него пытаются проникнуть.

И наконец — звук.

«Nova’78» звучит как первые цифровые эксперименты: робкие, дешёвые, почти случайные. Предчувствие автотюна. Поэт Эд Сандерс реверберирует собственный голос чудесными перстнями, на которых играет касаниями.

Звуковую дорожку к фильму написал португальский кудесник Пауло Фуртадо ака The Legendary Tigerman, который вполне мог оказаться и сам на Nova в 1978 (например, с альбомом «Ghost of Nico»). Хотя мы вам порекомендуем его же «Zeitgeist», который записан с нашими смиренными сёстрами-настоятельницами Азией Ардженто, Дженни Бет и Сарой Ребеккой.

Сигнал заканчивается.

Линия шумит.

В Интерзоне тёплый вечер.