Магический реализм «Непокоя» Леонида Шмелькова

Когда-то в далёком-далёком 2015 году, в безопасном тогда ВКонакте, мы писали про начинающего, но уже тогда состоявшегося мультипликатора и мультрежиссёра Леонида Шмелькова, автора мультфильмов «Мой личный лось» и «Очень одинокий петух» — мол, есть у отечественной анимации и настоящее, и будущее. Прошло 11 лет, будущее наступило — и таки да, посреди войны у этой самой анимации всё ещё есть настоящее: Шмельков выпустил свою первую полнометражную работу, необычную, сильную и взрослую авторскую анимацию «Непокой». Прежде чем читать эту рецензию, сходите на него в кино.

Первые ассоциации — что это «облегчённая» версия «Моей жены курицы» в «Городе зеро» — всё-таки абсурда меньше, чем у Ковалёва, но это именно тот самый абсурд; всё-таки никакой «социалистической действительности» в отеле «Роза» посреди нигде нет, но мистическая трясина работает точь в точь так же, разве что акцент сдвинут с людского в сюрреалистическое. Адекватная фабула присутствует — но сюжет состоит в том, чтобы её игнорировать. Музыка Сергея Курехина в исполнении Алексея Айги и вдохновение литературой магического реализма Кортасара и вовсе сваливают повествование в эдакое творчество романтического Ионеско, всё ещё абсурдного, но уже с некоторой сумбурной человечностью (и бегунами вместо носорогов).

«Непокой» заявлен как «Мистический анимационный триллер». На самом деле от триллера в нём нет ничего. Светлой бытовой грусти — ведрами, ностальгического магического реализма — бочками, экзистенциальной тоски — цистернами. А вот страха нет вовсе. Похищение потусторонними силами переживается не с ужасом, а меланхолически, да и сами эти силы не выжимают гармонбозию из своей добычи, а кормят, поят, устраивают киновечера и играют в слона. Потусторонний деструктивный хаос, способный разнести весь мир в клочья, просто игнорируют. История про любимую маленькую розовую машинку (на которой можно приехать в отель) и большой постылый чёрный автобус (на котором оттуда можно уехать) слушается не как угроза, а как нечто среднее между притчей, болезненным сном и детской страшилкой. Даже постоянная смерть героев переживается не как трагедия, а как странный фарс, будто это просто спустили со сцены негодных актёров.

Погрузиться в этот мир поначалу трудно. Первые 20-30 минут смотрятся тяжело — голоса героев записаны как будто на один посредственный диктофон, что, казалось бы, должно быть частью стиля — но странно и неприятно, когда голоса героев и радиоведущих в их машине слышны одинаково. Некоторые сцены в начале сделаны так, что озвучивание как будто конфликтует с картинкой. Впрочем, к середине фильма привыкаешь, да и анимация всё компенсирует: в «Непокое» используеся сразу ротоскопирование, 2D-анимация и даже карандашные рисунки — когда это нужно. Прорисовка совершенно невероятная, проработка деталей и мелочей на высоте; когда местная странная богинюшка танцует топлес и когда она играет с гостями в слона, то используются разные анимационные техники, и это прекрасно. Также отлично применяется повествование через окружение: обстановка комнат, состояние пространств и мебели, качество окружения и его действующие агенты (вроде яблок, заваливающих могилу, или «живого» динамика Валерия, питающегося красивыми словами) прекрасно дополняет картину.

 

Мир зачарованного отеля, из которого никто не вернётся живым, печален и упоителен той же странной ностальгией по чудесному быту и волшебному небытию, что и «Твин Пикс» с «Шоссе в никуда», в сторону которых сделан не один реверанс. Но Линч тут скорее с кем рядом хотелось бы постоять и на кого хотелось бы делать аллюзии, чем с кем есть сущностное сходство. Сам-то он заставляет зрителя поверить, что за чудесно-зловещим дымом и красными гардинами творится чьё-то делание, промысел злых духов или хотя бы связный процесс — может, в сновиденной, но логике. Шмелькову это и не нужно. Сюрреалистические приключения его героев самодостаточны, они умирают и оживают по щелчку, а сверхъестественные силы, творящие волшебный мир, действуют не из необходимости, а просто по настроению, как придётся.

Возможно, именно поэтому мозаичное повествование «Непокоя» не складывается в цельную историю: начало есть, в середине — много связанных атмосферой и локацией историй, эдакие случаев Хармса, а конца нет. Получилось только оставить в конце неуклюжее троеточие, то ли дать неподходящий ответ. Как в одном из первых случаев в отеле «Роза» — магический танец-загадка есть, безумный оракул, проговаривающий Бездну — тоже, но ответ его разочаровывающе бессмыслен. Впрочем, разве мы не получили удовольствия от её танца…

«Непокой» — это в первую очередь большое событие в отечественной анимации, но и хорошее зеркало нашей изнанки тоже. Такой сейчас у нас миф: безвременье посреди засасывающего ничто, в которое понемногу сбегаются зловещие бегуны, угрожающие превратить уютный замшелый отель-санаторий в свою дикарскую выгребную яму. И хотя абсурд Шмелькова всё так и остаётся добрым, одомашнивающим Бездну абсурдом, анимационный сон его уже перестал быть площадкой для игры в мечту. Но пока что он лишь местами тревожный, а по большей части очаровательный; бегуны ещё где-то на подступах, а в отеле всё ещё можно кормить Валерия красивыми словами и играть в слона.