«Книга Лжей» Ричарда Метцгера, глава 12: Остин Осман Спейр — божественный художник

Остин Спейр (1886-1956) — прекрасный пример художника, мага и визионера. Пока формальная структура Герметического Ордена Золотой Зари распадалась на фракции перед Первой мировой, Спейр развивал уникальную систему практической магии, исследуя экстатические трансовые состояния. Возможно, он был первым современным оккультистом, придумавшим самодостаточную рабочую гипотезу о природе психической энергии, которую можно было применять без всей сопутствующей атрибутики (традиционных ритуалов, гримуаров и магических орудий). Его система магических сигил показывает, как одним усилием воли, сосредоточенным на бессознательном уровне, можно высвободить поистине колоссальную психическую мощь.

Спейр родился 30 декабря 1886 года в Сноу-Хилл, в Лондоне, в семье. Он был одним из пяти детей, а его отец работал в полиции. Позже семья переехала в южную часть города, а Остин пошёл учиться в Школу Святой Агнес в Кеннингтон-парке. В этой части города он и прожил большую часть своей жизни.

Уже в детстве Спейр демонстрировал талант к живописи. В 12 лет он поступил в Ламбетскую вечернюю школу искусств. В 1902, когда ему было 16, выиграл стипендию на обучение в Королевском колледже искусств в южном Кенсингтоне. А в 1905 представил свои работы на выставке в Королевской академии. Президент академии, Джон Сингер Сарджент, назвал Спейра гением, и вскоре тот начал получать заказы на книжные иллюстрации, в том числе для Behind the Veil (1906) Этель Уиллер, а также книги афоризмов под названием The Starlit Mire (1911).

В 1917 Спейр поступил в медицинский корпус Королевской армии, а в 1919 попал во Францию в качестве военного художника. Там он запечатлел последствия Первой мировой войны, создал несколько работ, основанных на зарисовках того периода. Теперь они включены в коллекцию Имперского военного музея. В 1919 Спейр стал сооснователем литературного журнала The Golden Hind с превосходным художественным оформлением. В нём печатались такие авторы, как Олдос Хаксли, Алек Во и Хэвлок Эллис [1].

Но несмотря на то, что при жизни Спейр получил некоторое внимание и признание (Огастес Джон провозгласил его одним из главных художников-графиков своего времени, и также о нём хорошо отзывался Джордж Бернард Шоу), кроме ценителей о нём мало кто знал. Возможно, потому, что он был не только хорошим художником, но и оккультистом: работы Спейра насыщены магическими образами, и он некоторое время был членом Серебряной Звезды и Ордена Восточных Тамплиеров. Когда в 1905 году он начал издавать свои иллюстрированные магические книги, стало очевидно, что Спейр является скорее самобытным и эксцентричным, а не мейнстримным художником, и именно из-за своей неординарности он оказался у обочины культурной истории. Тем не менее, в западной эзотерической традиции 20-го века он остаётся легендарной фигурой и одним из её поистине оригинальных мыслителей, а его подход к трансовым состояниям и его техники атавистического всплеска — уникальным вкладом в изучение магического сознания.

Зос и Киа

Спейр утверждал, что существует первичная космическая жизненная сила, или Киа. Он верил, что присущие Киа духовные и космические энергии можно направить в человеческий организм, который он назвал Зос. Как мы увидим далее, его техника пробуждения этих первичных энергий, атавический всплеск, заключается в сосредоточении воли на магических сигилах — мощных индивидуализированных символах, которые фактически являются инструкцией для бессознательного. Когда ум находится в «пустоте» или открытом состоянии, которое достигается, например, во время медитации, сильной усталости или пика сексуального наслаждения, наступает идеальный момент, чтобы отправить магическую сигилу напрямую в подсознание. Там они «растут» в благодатной почве ума, пока не «созреют» и не достигнут сознания. Таким образом можно управлять собственной «психической реальностью».

Как образом Остин Спейр придумал такую технику работы с магическими состояниями сознания? Скорее всего, не случайно. Его магия черпает вдохновение в нескольких источниках, а именно — мифах Древнего Египта, интересе к сексуальным энергиям бессознательного [2] и близких отношениях с необычной духовной наставницей, которую он всегда называл миссис Патерсон.

Спейр побывал в Египте во время Первой мировой войны. Его до глубины души поразило ощущение магнетического присутствия классических богов, изображённых в монументальных скульптурах. Он верил, что древние египтяне очень хорошо разбирались в сложной мифологии подсознания:

Они заключили это знание в одном великом символе — сфинксе, который изображается как человек, вышедший из животного мира. Их многочисленные боги, все наполовину животные, птицы, рыбы… лишь доказывают полноту этого знания… Космогония их богов свидетельствует, что они знали об эволюции, о сложном процессе развития из одного простейшего организма.

Спейр считал, что с помощью бессознательного можно пробудить воспоминания о предыдущих человеческих воплощениях. Сами боги могли проявиться там в форме внутреннего импульса. «Все боги живут (в нас) на земле, — Писал он, — а когда они умирают, их кармические переживания в какой-то мере влияют на наши поступки».

Хотя классические боги древнего Египта и оставили в душе Спейра значительный след, технике вхождения в транс он научился у взрослой женщины по имени миссис Патерсон, которая дружила с его родителями и часто предсказывала ему будущее, когда он был ещё довольно молод. Миссис Патерсон утверждала, что обладает особой духовной связью с салемскими ведьмами, а также умеет проецировать мыслеформы. По словам Спейра, перед его взором она могла внезапно превратиться из «умудрённой опытом старухи» в восхитительную сирену, «создавая настолько откровенное и сексуально напряжённое видение, что поразило его до глубины души». [3]

Архетипичный женский образ появляется на всех этапах художественной работы Спейра. Он умело изображал обнаженные и чувственные женские формы, а Вселенская Женщина стала центральным образом в мифологии бессознательного. В своём определяющем магическом труде, «Книге удовольствия», Спейр пишет:

Нельзя низвести её до какой-то конкретной богини вроде Астарты, Изиды, Кибелы, Кали, Нуит, ибо низвести её — значит сойти с пути и идеализировать идею, что ошибочно, потому что неполно, и нереально, потому что временно.

Спейр применял технику экстаза, в которой часто сочетал активное воображение и волю с оргазмом. Спейр верил, что его магические сигилы, символизирующие его волю, во время оргазма можно передать напрямую в бессознательное, поскольку в этот особый момент личное эго и вселенский дух, или Киа, находятся в едином состоянии блаженной, трансцендентной открытости. «В этот момент, момент создания Великого Желания, — пишет Спейр, — вдохновение потоком льётся из источника секса, от первичной Богини, которая существует в самом сердце Материи… вдохновение всегда находится в моменте пустоты».

На нескольких работах Спейра изображена Божественная Дева, которая ведёт художника в запутанный магический мир. На одной из его главных работ, «The Ascension of the Ego from Ecstasy to Ecstasy», Богиня приветствует самого Спейра, с растущими из головы крыльями. «Эго» Спейра, или личность, сливается с предыдущей инкарнацией в теле животного, и две эти формы сливаются воедино, образуя примитивный череп. Спейр был уверен, что можно отследить свои предыдущие инкарнации вплоть до «Единства Мироздания», или Киа. Согласно Кеннету Гранту, который лично был знаком с ним, Спейр получил технику атавистического всплеска от Миссис Патерсон:

Она визуализировала определённые животные формы и (поскольку язык бессознательного визуальный, а не вербальный) каждая форма представляла собой соответствующую силу в скрытом мире причин. Необходимо было лишь должным образом «посадить» соответствующую сигилу, чтобы она пробудила соответствующую силу в психике. Затем она прорастает из глубин, иногда в скрытой форме, чтобы сотворить то, что задумал маг. [4]

Вне всякого сомнения, Спейр использовал трансовые состояния, чтобы затронуть те энергии, что служили источником гениальности. По его словам, «…экстаз, вдохновение, интуиция и сон… все эти состояния затрагивают скрытые воспоминания и пересказывает их на соответствующем языке образов».  А гениальность — это «прямой всплеск атавизма», переживаемый во время экстаза Огненной Змеи — так Спейр называл магическое сексуальное возбуждение.

 

Магическая космология Спейра

Чтобы развить свой уникальный магический подход, Спейру потребовалось несколько лет. И хотя древние египетские боги и языческие существа всегда присутствовали в его работах, его первая книга Earth Inferno, изданная ограниченным тиражом в 1905 году, явно написана под сильным влиянием Каббалы и других элементов западной мистической традиции. Здесь Спейр тяготеет к дуализму, оценивая феномен жизни как позитивный или негативный, духовный или материалистический, реальный или иллюзорный. Его идея Киа весьма похожа на трансцендентную Айн Соф Аур из Каббалы. Кроме того, большой упор делается на сверхъестественную, фальшивую по своей сути, природу видений. Человек, — говорит Спейр, — должен научиться избавляться от своей зависимости от материальной безопасности, которая неизбежно окутывает его в фальшивые одежды условностей. Вместо этого стоит заглянуть под свою “маску” и раскрыть таящийся в подсознании потенциал.

В книге «Earth: Inferno» Спейр ставит целью изучить отношения между Зос и Киа, между индивидуальной осознанностью и Вселенским Сознанием или Изначальной Энергией. Он соглашается с традиционной мистической точкой зрения, что Бог сокрыт внутри, и к этому моменту уже начинает склоняться к тому, чтобы последовать зову Вселенской Матери-Природы, «Примитивной Женщины», которая может пантеистически привести его к Источнику Всего Сущего. Чтобы подчеркнуть мистический путь, который он избрал, Спейр берёт магическое имя Zos vel Thanatos.

В «Earth: Inferno» Спейр ясно даёт понять, что магическое путешествие происходит за пределами «парапета подсознания». Он описывает мир повседневной осознанности как идущую по кругу тропинку, по которой бездумно бродят старики, ища огонь для своей свечи, и не замечая ничего вокруг. Спейр описывает и развратного молодого человека, который похотливо подкатывает ко Вселенской Женщине, не сумев разглядеть того, что скрывается за её привлекательным внешним видом. Необходимо понимать: Вселенская Женщина — это мудрая и всевидящая София, и не следует путать её с Багряной Женой Бабалон. Спейр утверждает, что сам он не совершал этой ошибки: «С ней прошёл я по прямому пути, не сбившись с него. Хвала драгоценности в лотосе!»

Но при этом Спейр всё ещё обнаруживает себя в ловушке между внутренним и внешним миром. Он пишет: «Я сам себе и Ад, и Рай». Он подошёл ко встрече с тёмной ночью души, понимая, что ему придётся преодолеть иллюзии повседневной жизни и хаотичные развалины бессознательного, чтобы пережить трансцендентность Киа. Спейр пишет об этом так: «Эта жизнь всё так же бесплодна, но в отчаянии мы начинаем видеть истинный свет. В слабости мы можем стать сильнее. Преклонись перед Киа и твой ум обретёт спокойствие».

К тому моменту Спейр уже утвердился во мнении, что каждому человеку присуща божественная искра, хотя большинство не может её ощутить. «Я ещё не встречал человека, который уже не является Богом», — с вызовом заявляет Спейр. Всё, что должен сделать человек — встретиться лицом к лицу с самим собой, так он и найдёт Бога. Это, в свою очередь, приведёт к смерти эго, которое отделяет нас от осознания единства, охватывающего все аспекты творения. Спейр считал, что даже в смерти можно найти что-то позитивное, поскольку она разрушает притворство личности. «Судьба работает вместе со Смертью», — пишет Спейр. А смерть — необходимый элемент для просветления. В «Earth: Inferno» Спейр описывает нам видение, вдохновлённое одновременно Каббалой и Старшим Арканом Таро:

Входя во Врата Жизни

Я предстаю перед Знанием — Шутом

Что переворачивает Пир Иллюзий.

Отбросив ложную Истину,

Он показал нам всем

Мир,

Плоть

и

Жизнь.

 

Он — Альфа и Омега.

В каббалистическом Древе Жизни, Кетер — это первая эманация из бесконечной бесформенности Айн Соф Аур, первый акт Творения «из ничего» и одновременно высший уровень духовной осознанности, который доступен человеку. Символически его описывает Дурак, или Шут Таро — человек, которому известно ни-что. Соответственно, Шут — самый мудрый человек в мире, поскольку он достиг наивысшего состояния осознанности. Он нашёл Киа, трансцендентную реальность.

Здесь речь идёт об относительно традиционном западном мистицизме, но при этом Спейр уже встаёт на путь развития собственной философии — системы магической мысли, которая, как он надеялся, будет свободная от догмы или «верований». Спейр очищал своё восприятие от присущих миру недостатков — и готовился погрузиться в неведомое: вглубь себя.

Поэтому он написал книгу, которая в дальнейшем стала главным трудом в его карьере художника и мага. «Книга удовольствия (любви себя): философия экстаза» была издана частным образом в 1913 году и включала в себя ряд важных новых идей. [3]

До этого момента некоторые оккультисты уже затрагивали тему влияния «воли» на магические процедуры. В статьях в «Occult Review» (1908) член ордена Золотой Зари Флоренс Фарр подчёркивала необходимость интенсивного умственного сосредоточения, а Алистер Кроули сделал упор на важности как духовной, так и магической концентрации в постулате «Твори свою волю — таков да будет весь Закон». Какое-то время Остин Спейр был участником ордена Кроули Argenteum Astrum, [6] и до некоторой степени придерживался той же точки зрения, но затем пошёл по собственному пути.

Сигилы и экстаз

В «Книге удовольствия» Спейр исследует способы сосредоточения воли. Поскольку эффективность любого действия зависит от понимания команды, побудившей к этому действию, Спейр разработал такой метод сосредоточения, чтобы она воспринималась как неизбежность. Для этого он записывал свою «волю» (т.е. желание) в форме предложения, а затем комбинировал буквы, вычеркнув повторы, в подобие рисунка, или сигилы. Дальше можно было её упростить и передать в подсознание. Спейр описывает процесс так:

Сигилы создаются путём комбинации букв и их упрощения. Например, слово «женщина» в форме сигилы может быть записано как:

Суть в том, чтобы создать настолько простую форму, которую можно было бы при желании легко вызвать в памяти… [7]

Что нужно делать после завершения сигилы? И в чём важность самой сигилы? Чтобы ответить на эти вопросы, нужно рассмотреть несколько похожих идей.

Как уже упоминалось ранее, Спейр утвержал, что Киа — это главный принцип вселенной. Киа подобен динамичной, расширяющейся воронке энергии, всё время в состоянии превращения. Большинство людей не знают о всех возможностях Киа лишь потому, что они не дают ему проявиться в них самих («разве мы не стоим на своём собственном вулкане?»). Вместо этого большинство пытается заглушить внутренний голос различными «изолирующими» средствами, которыми в совершенстве владеет эго. Космическая энергия может проявиться (или пробудиться внутри) лишь одним способом: необходимо полностью открыться ей.

Согласно Спейру, именно в момент умственной «пустоты», полнейшей открытости, Киа становится «способна оживить сигилу». Этого состояния можно достичь, очистив ум от всех мыслеформ в попытке визуализировать отсутствие проявления — например, медитируя на темноту или пустоту. В свою очередь это приводит ко вхождению в состояние медитативного транса, в котором человек полностью отключается от происходящего вокруг и сосредотачивается на Внутренней Пустоте.

«Поскольку все мы произошли от Божества, — утверждает Спейр, — то одним лишь посредством ума можем вернуться к Первопричине. Подобно многим мистикам, Спейр верил в реинкарнацию и рассматривал подсознание как «мощный» ресурс, помнящий все предыдущие физические воплощения и личности вплоть до Начала времён. [8] Таким образом, психика — это наслоение впечатлений из прошлых жизней, большинство из которых остались в бессознательном. И все они являлись частью личной «реальности» индивида:

Знайте, что подсознание является воплощением всего опыта и мудрости, а также прошлых жизней — людей, животных, птиц, растений и т.д.: всего, что когда-либо было и будет, всех слоёв эволюции. Естественно, чем глубже исследуемый нами слой, тем более ранние формы мы в нём находим. И в конце нас ждёт лишь Всемогущая простота.

Спейр хотел обрести знания о скрытых состояниях ума с помощью «регрессии». Отойти так далеко назад, чтобы потерять себя и слиться в неописуемом экстатическом союзе с Киа, энергию которого он в итоге начал рассматривать как сексуальную по своей сути. Тёмная пустота ума, с помощью концентрации освобождённая от мыслеформ, могла быть пронзена волей — чтобы внедрить сигилу, выражение цели человека. В теории, в зависимости от способностей, можно было бы спроецировать сигилу во все возможные закоулки бессознательного ума и таким образом получить полный доступ к воображению.

Достичь этого в реальности оказалось намного сложнее, чем на бумаге. Оказалось, что успех зависит от нескольких важных факторов:

• Способность разработать подходящую сигилу.
• Способность сохранять устойчивость ко всплывающим мыслеформам, не давать им нарушить «чёрную пустоту» и «загрязнить» чистый сосуд для энергий Киа, которым пытается стать человек.
• Способность углубиться далеко в бессознательное, полностью отбросив мирскую часть желаний. В конечном итоге эта задача сводится к тому, чтобы полностью отбросить ощущение своей человечности и разрушить эго — наименее типичное для земного человека намерение!

Конечно, последнее было самым трудным. Спейр признавал, что «абсолютная пустотность» сложна и небезопасна для тех, кем управляют «нравственность, комплексы и т.д.» — то есть для всех, кто руководствуется «предубеждениями» и интеллектуальными идеями, которыми окружают себя большинство людей. Спейр настаивал, что необходимо отбросить все приобретенные и сформировавшиеся рациональные убеждения. Поэтому он пытался придумать различные ситуации, в которых чувство рационального затихало до минимума или совсем исчезало. Он выделил три метода достижения такого состояния.

Первый — через физическое истощение. Если в подобный момент у человека возникнет «желание» или «сосредоточенная на чем-то мысль», утверждал Спейр, то ум начнёт «тревожиться из-за невозможности выполнить это желание, и будет искать способ решения. Полностью захватив разум и жизненную силу, эта пустота с великой легкостью оживит любую сигилу». Другими словами, при истощении тело физически не может нормально выполнять намерения и команды ума. Поэтому ум будет вынужден реализовать идеи, заложенные в магическую сигилу. Полного истощения можно достичь различными путями, в том числе с помощью оргазма. Техника тантра-йоги, которая использует оргазм в качестве «отправной точки» для визионерских состояний сознания, была на пике известности в западных эзотерических кругах как раз в то время, когда вышла работа Спейра.

Второй метод заключается в использовании умственного состояния крайнего разочарования, например, когда теряешь веру в близкого друга или когда рушатся идеалы. Спейр был уверен, что это состояние тоже может предоставить необходимую возможность:

Когда переживаешь состояние полного разочарования, разрушается символ, содержащий в себе какую-то долю веры. В некоторых случая человек не может пережить развенчание иллюзии. Но именно тогда наступает момент, в который можно обернуть переживание в свою пользу, ведь пустота разочарования затягивает в себя всё, во что верит человек.

По сути, Спейр говорит: когда мы полностью теряем веру в какое-либо убеждение или идеал, нам дается возможность превзойти его. И это превосходство может привести к состоянию экстаза, погружению в водоворот Киа.

Однако, сам Спейр отдавал предпочтение третьему способу обойти эго, пригодному как для обширного изменения личности, так и для более специфических задач. А именно трансу, в котором тело застывает, замедляет функции и принимает позу, которую Спейр называет «позой Смерти». Так он описывает подготовительные упражнения:

Смотри на своё отражение (например, в ростовом зеркале) пока оно не размоется и невозможно больше будет узнать смотрящего, а потом закрой глаза и визуализируй. Следует удерживать видимый свет, не отпуская его до тех пор, пока усилие не забудется; это даёт ощущение безграничности  и образует небольшую форму, пределов которой невозможно достичь:

Спейр считал, что для достижения наилучших результатов «Позу Смерти» следует выполнять ежедневно. «Эго сдувает, как лист порывом ветра, — пишет он. — Стремительностью неопределимого истиной оборачивается то, что лишь обещало произойти. Самоочевидные вещи больше не погружены в туман, воля свершилась. Знай: дуальность сознания заканчивается там, где вера сменяется проживанием». Спейр говорит о Киа — основе всего живого и средоточии человеческого потенциала за пределами пространства и времени. Спейр верил, что для проявления Киа необходимо достичь состояния открытости, а затем направить магическую волю напрямую в космическую память. Так он сможет получить полное и подробное знание о всех предыдущих формах жизни, которые все являются частью его самого и Киа. А поза Смерти поможет сформировать связь; магическая сигила подтверждает это.

Как уже было сказано выше, сигила — это визуальное средоточие воли. Однако то, что мы «изволим» зачастую строится на идеях величия и самообмана. Спейр подчёркивает, что даже если сами себя мы считаем великими, это не всегда так, и все желания мира не смогут этого изменить. Он отмечает: «Воплощение приходит не через бормотание… надо ещё и действовать. Воля, желание, вера, пропущенные через себя, становятся воплощением». Одна лишь надежда на что-то не поможет нам этого достичь, мы должны прожить что-то, чтобы оно стало правдой.

Согласно Спейру:

Вера в правдивость должна быть органичной и бессознательной. Идея о величии может стать органичной (т.е. «правдой») во время пустотности и за счёт придания ей формы. Мысли о сигиле (в любое время, кроме магического) должны подавляться намеренным усилием; именно так она остаётся активной во время пребывания в подсознании; её форма напитывается, присоединяется к подсознанию и становится органичной его частью; так и создаётся её реальность и воплощение. А человек преображается согласно собственной идее о величии.

…

В общем, вера должна быть «органичной», а не теоретической; органичные реальности берут своё начало в Киа и пребывают в подсознании в состоянии покоя; мы можем использовать сигилу как вместилище нашего желания, команды или воли, и она должна иметь отношение к тому, что мы хотим сделать или кем хотим стать. Сигила может расти в бессознательном, но её сила будет утеряна, если сознательно о ней вспоминать; однажды сигила проявится как «истинный» аспект личности, поскольку будет исходить изнутри.

Спейр также связывает этот процесс со способностью к творчеству: «Всем гениям свойственно активное подсознание, и чем меньше они об этом знают, тем ярче их свершения. Их желание взаимодействует с подсознанием». Подразумевается, что гениями не рождаются, что гений обретают — в этом он солидарен с Алистером Кроули.

Систему внедрения сигил Спейра можно применять на различных уровнях, и с точки зрения оккультизма ей можно пользоваться как для высшей, так и для низшей магии. И хотя Спейр часто прибегал к помощи сигил для внедрения высших повелений, его систему можно применять и для более повседневных задач. Кеннет Грант рассказывает о ситуации, когда Спейру понадобилось перенести тяжелую связку древесины без чьей-либо помощи. Нужна была сигила для увеличения силы, поэтому Спейр составил такое предложение: «Я желаю получить силу тигра». В виде сигил это предложение выглядело так:

Грант продолжает: «Спейр на некоторое время закрыл глаза, визуализируя картину, которая символизировала желание обладать силой тигра (т.е. представленную выше сигилу). Почти сразу же он получил внутренний отклик. Он почувствал, как сквозь тело прошла огромная волна энергии. На мгновение он представил себя молоденьким деревом, гнущимся под натиском сильного ветра. Усилием воли он сохранил равновесие и направил силу в нужное русло. Затем снизошло спокойствие — и он смог легко перенести связку древесины».

С точки зрения Кеннета Гранта, в этом случае пробудилась энергия, направленная затем в дело. Спейр не всегда использовал этот метод, ибо в своих более далеко идущих атавистических погружениях он позволял потоку Киа овладевать собой. Его разум наполнялся сверхъестественными влияниями, которые он не мог контролировать. [9] Сам Спейр считал подобную атавистическую деятельность проявлением храбрости:

Целься в недостижимое… смерть — это провал. Иди туда, где нет страха. Как можешь ты стать великим средь людей? Стремись вперёд! Возвращайтесь к той точке, где знание прекращается, где Закон становится своей собственной спонтанностью и свободой… Вот новый атавизм, которому я бы учил: возьмите равенств с Богом  — силой!

Таким образом, метод Спейра — похищение огня с небес. А «Поза Смерти», включающая в себя «смерть» эго через отрицание сознательной мысли — позитивный, но «бессознательный» рывок в сторону трансцендентности.

Космология Спейра и его техника оккультного транса необычны верой в регрессию, а не в более распространённый мистический концепт «эволюции сознания». И действительно, свою идею магической эволюции он описывает так:

Закон Эволюции — это регресс функции управления прогрессом достижений. Т.е. чем более замечательны наши достижения, тем ниже по шкале Жизни находится функция, которая ими управляет. Человек сложен, и чтобы прогрессировать, он должен стать проще.

Это означает, что поскольку все больше и больше проявлений Киа появляются в мире через реинкарнацию, по мере того как Источник Творения расширяется «наружу», истинное магическое направление — «внутрь» или, более конкретно, «назад», к Первопричине.

Подход Остина Спейра к магическому восприятию по-настоящему уникален в западной эзотерической традиции. Как у Алистера Кроули и Дион Форчун, у него до сих пор есть восторженные почитатели. Однако интерес к Спейру хоть и возрастает вновь, но не в достаточных масштабах. Самоназванные хаос-маги, использующие сигилизацию Спейра, и вышедшая в 1990 году «Практическая магия сигил» Frater U.D. предлагают расширить практическое применение трансовых состояний Спейра. Но эти практики, похоже, не вполне восприняли магическое видение Спейра, а поняли лишь прагматическую «низшую магию». Frater U.D. пишет, что «магия сигил — это в основном магия успеха». Но подход Спейра не ограничивается магическим самолюбованием: это уникальный ответ космосу. Остается только гадать, не опошлит ли возрожденный интерес к Остину Спейру его уникальный вклад в исследование магического сознания.

Невилл Друри

Примечания

[1] Больше информации о жизни Спейра можно почерпнуть в книгах F. W. Letchford, «From the Inferno to Zos», First Impressions, Oxford 1995, Gavin W. Semple, «Zos Kia», Fulgur, London 1995, Geraldine Beskin and John Bonner, «Austin Osman Spare 1886-1956: The Divine Draughtsman», Morley Gallery catalogue, London, September 1987, а также  Kenneth Grant & Steffi Grant, «Zos Speaks», Fulgur, London 2000.

[2] Спейр был знаком с работами Фрейда, Крафт-Эббинга и Хэвлока Эллис.

[3] См. Остин Осман Спейр, «Книга удовольствия», опубликовано в частном порядке, Лондон 1913, стр. 52-53 (переиздано в факсимильном издании издательством 93 Publishing, Монреаль, 1975 г.)

[4] См. Gavin W. Semple, op.cit, p.7

[5] Этому предшествовала «A Book of Satyrs» (c.1911), которая содержала «сатиры» на Церковь, политику, чиновничество и прочие «глупости». Не лучшее что есть у Спейра.

[6] Спейр стал членом ордена Argenteum Astrum в 1910 году, после того, как нарисовал несколько иллюстраций для кроулианского оккультного журнала «Эквинокс».

[7] См. «Книгу удовольствия», стр. 50

[8] Спейр верил, что «я» существовало в «миллионах форм», и что оно должно было пережить «всевозможные вещи» — все бесконечные возможности, существующие в проявленной вселенной. Посредством реинкарнаций заполняются неполное существование и неполные ситуации. По его собственным словам: «Я воплотил то, что мне нужно рационализировать». Спейр также считал, что, исследуя глубины разума, человек несомненно раскроет прошлые воплощения, «поскольку все, что достигается, является лишь пробуждением более раннего опыта тела».

[9] В своей автобиографии «Воспоминания, сновидения, размышления» Карл Юнг предупреждал о склонности потворствовать символическому содержанию снов и видений, а не контролировать его. Юнг считал, что восприятие двойственных, но смешанных уровней сознания (в случае Спейра это слияние атавизмов и повседневной реальности) может привести к шизофрении. Интересно, согласился бы с этим Спейр.