«Психоделический ренессанс»: лечение психических заболеваний галлюциногенами в новых медицинских испытаниях От Редакции. Несмотря на повсеместный мрак, поздравляем конфидентов с днем велосипеда: свою знаменитую поездку на велосипеде Хофман совершил ровно 80 лет назад. 12 лет уже как проиграна война с наркотиками, и хотя Империю трясет и рвет кровью, это странным образом совпадает с тем, что психоделический ренессанс шагает по планете: во многих странах вовсю идут медицинские испытания МДМА, ДМТ и псилоцибина, и уже в этом десятилетии мы можем стать свидетелями их широкого медицинского использования. В связи с этим предлагаем конфидентам переводную статью Донны Лю о новых подвижках в исследованиях психоделиков и Майкле Раймонде. Майкл — отставной инженер-электрик ВВС Австралии, страдающий ПТСР, тревожностью и депрессией. Майклу не помогли ни антидепрессанты, ни психотерапия, и в определенный момент он уже был на пороге суицида. Но ему помогла аяуаска — не в качестве панацеи, «как рукой все сняло», естественно, но ведущая к суициду болезнь все-таки превратилась в работу над своим состоянием. В статье рассказывается о практике доктора Мартина Уильямса, исполнительного директора Psychedelic Research in Science & Medicine, руководящего клиническими испытаниями псилоцибиновой психотерапии для лечения тревожности и депрессии у неизлечимо больных пациентов в больнице Сент-Винсент в Мельбурне; профессоров Джерома Сарриса и Дэниэла Перкинса, основателей и руководителей недавно созданного Института психики в Мельбурне; и о позиции Тани де йонг, основательницы некоммерческой организации Mind Medicine Australia, которая внесла запрос о переклассификации в Австралии МДМА и псилоцибина из запрещённых веществ в контролируемые. Надеемся, благодаря этой публикации в эти мрачные дни конфиденты вспомнят, что темнее всего — перед рассветом. fr.Chmn Отчаяние — причина, по которой Майкл Раймонд оказался в отдалённой части перуанских Анд, на ретрите и с чашкой горького чая в руке. Его жизнь достигла критической точки: за 16 лет карьеры инженера-электрика в ВВС Австралии ему пришлось сталкиваться с околосмертными переживаниями, авариями, несчастными случаями и «человеческими останками». «В какой-то момент я думал о самоубийстве, — признаётся он. — Я просто не мог так жить дальше». Раймонду поставили диагноз: ПТСР, тревожность и депрессия, прописали антидепрессанты и курс психотерапии. Но это не принесло ему облегчения. Поэтому его последней надеждой стали чай с аяуаской (в которой содержится психоактивный алкалоид N,N-диметилтриптамин (ДМТ) и кактус Сан-Педро. После ранних психиатрических исследований в 1950-х и 1960-х и нескольких десятилетий запрета, частично вызванного негативной реакцией на контркультуру хиппи, психоделики переживают своеобразный ренессанс. Новая волна исследований вернулась к галлюциногенным веществам как возможному способу лечения психических заболеваний. В этих запрещенных веществах искали решения многие люди, разочаровавшиеся в не сработавших лекарствах. Им нипочем оказались запреты экспертов, предупреждавших о рисках самостоятельного лечения психических заболеваний психоделиками. Теперь терапевтическое применение нелегальных веществ — в том числе МДМА, ДМТ и псилоцибина, активного компонента волшебных грибов, — изучается в ходе клинических испытаний. Доктор Мартин Уильямс, исполнительный директор Psychedelic Research in Science & Medicine, подтверждает, что ситуация наконец изменилась, и работа в этой области перестала быть «карьерным самоубийством». Помимо исследований в университете Монаш, он руководит клиническими испытаниями псилоцибиновой психотерапии для лечения тревожности и депрессии у неизлечимо больных пациентов в больнице Сент-Винсент в Мельбурне. В исследованиях, которые будут вестись до 2023 года, участвуют 40 человек со смертельным заболеваниями, такими как хроническая обструктивная болезнь лёгких или болезнь двигательных нейронов. Каждый в сочетании с терапией получает 1-2 дозы по 25 мг псилоцибина. Программа основана на успешных американских исследованиях применения веществ у пациентов с тревожностью и депрессией, вызванными опасными для жизни видами рака. Спустя четыре с половиной года участники «связывали положительные изменения главным образом с псилоцибиновой терапией и считали этот опыт одним из самых значимых в жизни в личном и духовном плане». Похожее исследование с применением ЛСД тоже выявило положительные эффекты. Доктор Уильямс говорит, что опыт показывает — лечение стандартными лекарствами и антидепрессантами, такими как СИОЗС, не даёт нужного эффекта в случаях с тревожностью и депрессией у смертельно больных пациентов: «Психоделики… каким-то образом работают намного эффективнее, чем обычные методы лечения». В то же время в больнице Сент-Винсент в Сиднее проводится ещё одно клиническое исследование псилоцибина, которое изучает, может ли вещество повлиять на лечение метамфетаминовой зависимости. Биохимия мозга Классические психоделики (ДМТ, ЛСД, мескалин, псилоцибин) воздействуют на мозг путём сильного связывания с определёнными серотониновыми рецепторами, известными как рецепторы 5-HT2A. Считается, что воздействие на эти рецепторы связано с галлюциногенным эффектом психоделиков, а также с изменениями в восприятии и ощущением растворения эго. Кроме того, считается, что психоделики приглушают работу «сети по умолчанию» — системы взаимосвязанных областей мозга, которая активна в расслабленном, бодрствующем состоянии покоя. Например, в состоянии мечтательности. Учёные думают, что эта область важна для формирования нашего самосознания и может стать слишком закостенелой, когда люди испытывают тревожность и депрессию. Ее «заглушение» по мнению Уильямса позволяет проявиться различным «перекрёстным связям» в мозге, что приводит к изменению объективного восприятия и большей психологической гибкости. По мнению профессора Джерома Сарриса, одного из руководителей недавно созданного Института психики в Мельбурне, психоделики обладают потенциалом «сменить парадигму всей традиционной психиатрии». В 2022 году центр планирует провести клинические исследования влияния аяуаски на лечение депрессии и алкогольной зависимости. Таких исследований становится все больше. В Бразилии выявили обнадёживающие результаты лечения терапевтически резистентной депрессии, а эксперименты с ДМТ в Великобритании одобрили соответствующие регулирующие органы. Ранее профессор Саррис вместе с сооснователем Института профессором Дэниэлом Перкинсом провели международный опрос среди потребителей аяуаски. 70% и 78% из тех, кто ранее сообщал о тревожности или депрессии, отметили снижение симптомов. (Но это исследование носило наблюдательный характер, поэтому нельзя точно утверждать наличие причинно-следственной связи.) Для Раймонда, как и для многих других, употребление аяуаски стало незабываемым опытом — встречей с мистическим. Мне нужно было узнать всю правду о себе без прикрас. Я всегда считал себя брутальным мужчиной, военным, и я всегда хотел им стать… Но выяснилось также, что я лишен любых инструментов для здорового выражения эмоций. Так что мне сложно было даже беседовать с психологом. Многообещающие результаты в лечении ПТСР показал МДМА в сочетании с терапией. В США идет уже третья фаза клинических испытаний — последняя часть исследования этого вещества перед тем, как регулирующие органы смогут признать новое лекарство — признала его «высокую эффективность» и безопасность для людей с тяжёлым посттравматическим стрессовым расстройством. Принцип действия МДМА отличается от психоделиков, но он тоже повышает уровень серотонина в мозге. Доктор Стивен Брайт, психолог и старший преподаватель в Университете Эдит Коуэн, говорит: «Похоже, выброс серотонина задействует части префронтальной коры, связанные с речью, поэтому люди могут говорить о тех переживаниях, о которых прежде не могли». Брайт курирует небольшое исследование эффективности МДМА-терапии для людей, страдающих от ПТСР. Нормативные требования Несмотря на уже имеющиеся многообещающие результаты, ни один психоделик ещё не набрал требуемый уровень клинических доказательств, чтобы войти в список законно распространяемых лекарств в Австралийском реестре терапевтических товаров. Но профессор Перкинс утверждает, что регулирующие органы признают их потенциальные преимущества. «Вопрос заключается в том, каким образом давать доступ к веществам, а не давать ли его вообще». Профессор Перкинс, заведовавший отделом по вопросам медицинской марихуаны в министерстве здравоохранения штата Виктория, подчёркивает, что психоделики — лишь одна составляющая лечения. Вторая его часть — психотерапия, и любое назначение лекарства будет зависеть от протоколов лечения, которые были проверены в клинических испытаниях. В феврале Австралийская Администрация лекарственных средств (TGA) приняла промежуточное решение — отклонить предложение по переклассификации МДМА и псилоцибина из запрещённых веществ в контролируемые. Принятие окончательного решения было отложено на период ожидания независимого отчёта о рисках и терапевтических преимуществах этих веществ, который будет готов на следующей неделе. Регулирующие органы уже разрешают применять эти вещества в зависимости от каждого конкретного случая и в рамках специального доступа. Но нередко случается и так, что после этого доступ к ним запрещается на всей территории штата. Таня де Йонг — основательница некоммерческой организации Mind Medicine Australia, которая внесла запрос о переклассификации — говорит, что изменение законов не приведёт к «повсеместному бесконтрольному употреблению». Оно поможет создать федеральный и местный стандарт отпуска лекарств, которого должны будут придерживаться врачи. Она утверждает, что с ней постоянно связываются отчаявшиеся люди, которые перепробовали все доступные методы лечения. «Они всего лишь хотят получить возможность вести здоровую, полноценную, наполненную смыслом жизнь. Чем дольше мы будем тянуть с доступностью этих веществ в медицинской среде, тем больше людей будут искать их нелегально». Всемирный опрос, проведённый в 2020 году, показал, что из 1376 человек, употребляющих психоделики в рамках самолечения, 4,2% была необходима срочная медицинская помощь — это в пять раз выше, чем среди людей, которые употребляют эти вещества в рекреационных целях. Терапия с применением психоделиков противопоказана людям, подверженным риску развития медикаментозного психоза. «Я вижу, что растёт число тех, кому в результате самолечения становится хуже», — говорит Стивен Брайт. Он настороженно относится к растущему интересу общества к психоделикам, потому что количество мест в клинических исследованиях ограничено, и может пройти 5-10 лет, прежде чем подобная терапия станет широко доступна в Австралии. Раймонд говорит, что качество его жизни значительно улучшилось с тех пор, как он принял аяуаску в Южной Америке, но при этом он признаёт, что этот опыт не является панацеей. «Мне предстоит ещё многое преодолеть», — считает он. Сейчас Майкл учится и работает, помогая людям переживать уход с военной службы. «Я чувствую большую благодарность уже за то, что жив». Просмотры: 1 804 Навигация по записям Краткий список исторических затменийУродливое время: COLD WATER REE – «Отражение» (2023) Добавить комментарий Отменить ответВаш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *Комментарий * Имя * Email * Сайт Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.