Голос, вирус, одержимость: встречайте Уильяма Сьюарда Берроуза

Ну вот и поздняя ночь наступила – самое время завершить сегодняшний марафон небольшой заметкой о Голосе, вирусе и одержимости – очень важных для Берроуза явлениях.

Нет нужды отмечать, насколько глубоко и непоправимо заразило творчество Деда музыкальную культуру – от Дэвида Аллена до Игги Попа, от Боуи до хэви-метала, от Пи-Орриджа с Coil до Маккартни с Йорком.

Казалось бы – странно: все-таки Деда сложно представить с каким-то музыкальным инструментом в руках (ну разве что с волыной… или еще с другой волыной). Однако Берроуз слишком много времени провел над своими разрезками (после всех его романов осталось несколько комнат архивов словесного «сырья»; Гайсин рассказывал, что Берроуз корпел над бумажками и печатной машинкой до десяти часов в сутки и мог сорваться к ним по вдохновению в любую минуту общения), да и слишком близко познакомился с дрянными духами, одерживающими человечество уже слишком давно. (далее…)

Baby Dee – Safe Inside The Day

Бэйби Ди родилась в Огайо. В пятидесятые. Мужчиной. Из этого факта следует, что осознание своего реального гендера и все необходимые медицинские процедуры происходили в семидесятые, в достаточно враждебной атмосфере. Удивительно, но в её песнях нет ответной агрессии, хотя за десятилетия, которые она провела как уличный музыкант она неизбежно должна была столкнуться с самыми неприятными персонажами из числа любителей вышеупомянутой нормы.

Из подполья её вывел неугомонный Тибет, издавший первые альбомы на своём старом лейбле Durtro и пригласивший в концертный состав Cur­rent 93. При всём уважении к Дэвиду, свой лучший альбом она записала отдельно от его проекта. Safe Inside the Day – мощнейшая подборка очень живых и ироничных песен. В первый раз Ди отказалась от чистого минимализма формата «голос и арфа» и записалась с полноценной командой сессионных музыкантов во главе с Уиллом Олдхэмом, более известным как Бонни Принц Билли. Но музыка на этом альбоме всё равно остаётся лишь обрамлением для точных и умных текстов, в том числе и о опыте пережитой трансформации.

My father’s affec­tion for his crow­bar col­lec­tion
Was Freudi­an to say the least.
But there’s a beau­ty in that beast.
And there’s a girl inside that boy.
And my dad­dy’s crow­bars are his pride and joy.

80 лет Духа и Искры: вспоминая Дэвида Аллена

Сегодня исполнилось бы 80 лет наследнику Сан Ра и Берроуза, успевшего и пожить в Бит-Отеле, и поучаствовать в парижских волнениях 1968-го года (подарив полицейскому плюшевого медведя), и, конечно, создать свой собственный мир из музыки, пророчеств и странного мифа, который все еще продолжает жить после смерти его создателя – Дэвиду Аллену.

Мифология Дэвида Аллена – явление уникальное: в нем перемешались традиционные верования, восточные идеи и символы, осколки эзотерических учений всего мира и, конечно же, огромный талант ее создателя. В ней игра и шутка беспрепятственно перетекают в уникальный мистический опыт, а фантасмагорические пророческие видения не мешают легкости, свободе и юмору.



Rhytmajik: не можешь прочесть – услышь

18 дней прошло со дня смерти Z’EV (Ste­fan Joel Weiss­er, на самом деле Sh’aul Z’ev bn Yakov bn Moshe bn Sha’ul), одного из отцов индастриала, создателя Rhyt­ma­jik’и и «одного из самых недооцененных музыкантов в мире», синтезировавшего в своем искусстве магию, этнические элементы и даже лингвистику. Одно из самых любопытных его творений – попытка перевести собственное воплощенное в виде писания учение Rhyt­ma­jik на язык звуковых волн – в виде музыкального альбома.

Он был записан в июне 2003 года в Лос-Анджелесе – эксклюзивное приложение для итальянского издания книги. В нем 32 композиции – аудиальные сигилы для девяти Fonuda­tions, 22 композиции по 22 буквам древнееврейского языка, библейского иврита (каждая в полной гармонии с каббалистическими воззрениями еще и соответствует трем элементам, семи планетам и 12 астрологическим знакам). (далее…)

О жреце металла и пластика: умер Sh’aul Z’EV bn Yakov bn Moshe bn Sha’ul

Отрадно, что наши конфиденты реагируют на происходящее зачастую быстрее, чем мы сами – вот и теперь мы именно от вас (при посредничестве странички Бойда Райса в фб) узнали о смерти Z’EV (Ste­fan Joel Weiss­er, на самом деле Sh’aul Z’ev bn Yakov bn Moshe bn Sha’ul), одного из отцов индастриала, создателя Rhyt­ma­jik’и и «одного из самых недооцененных музыкантов в мире», синтезировавшего в своем искусстве магию, этнические элементы и лингвистику.

Еще полтора года назад Z’EV попал в крушение поезда, в котором сломал пять ребер и пробил легкое (по словам Райса, непосредственно в его тело вторглись его же собственные музыкальные инструменты), но пережил кризис, зиму и даже вернулся на сцену. К сожалению, ненадолго, и на днях все закончилось.

Началось же все с того, что 12-летний Стефан разочаровался в иудаизме и ударился в эзотерику; со временем сложилась доктрина Rhyt­ma­jik: так Z’EV (в переводе с иврита эта часть его истинного имени означает «волк») называл собственную систему магии, отделяя ее таким образом от понятий mag­ic и mag­ick, мол, majik – ближе к персидскому произношению, истинному корню слова. (далее…)

Новая статья – о хилиазме, утопии и революции в творчестве Егора Летова

Сегодня, под занавес мрачнобря, у нас на сайте появилась любопытнейшая статья Ивана Белецкого, ранее публиковавшаяся в «Новом мире», «Маятник качнется в правильную сторону: хилиазм, утопизм и революция в поэзии Егора Летова»:

Маятник качнется в правильную сторону: хилиазм, утопизм и революция в поэзии Егора Летова

Хилиазм, или учение о тысячелетнем царстве Божьем на земле, рассматривается в ней не столько с христианской точки зрения, сколько в более широком смысле «последних времен», того самого Коммунизма, при котором вообще не надо будет умирать, и в фундамент которого был положен бессознательный милленаризм масс. И музыкальные тексты, и стихотворения Летова рассматриваются как более-менее целостная система, эксплуатирующая эсхатологические и хилиастические мотивы, во многом своеобразно продолжая левый авангард 10–20‑х годов 20 века, и интересно видеть, как радикально-хилиастические устремления то становятся для Летова единственной парадигмой, то разрушаются и отступают.

Dale Cooper Quartet & The Dictaphones: кочевой Черный Вигвам

Чем дальше слушаем, тем глубже убеждаемся, что Dale Coop­er Quar­tet & The Dic­ta­phones – это такой кочевой Черный Вигвам из трех (с половиной?) человек – достаточно поставить, например, их альбом Qua­torze Pièces De Men­ace и с первых же секунд без всякого предупреждения ухнуть в звук как в черный омут, где не будет уже ни Купера, ни алых занавесей, ни пляшущих карликов, только плещется вода в неупиваемом колодце.

Отрадно, что в декабре этот кочевой Вигвам приедет к нам, да?

Есть версия, что «Квартет» эта троица (Christophe, Yan­nick и Gael) действительно составляет со «злом в Этих лесах». По крайней мере, когда их спрашивают, почему их трио именуется именно так, они либо заявляют, что четвертый – всегда гость, либо вспоминают, что их просто с самого начала именно четверо было, либо съезжают с ответа, мол, мы такое играем, что things does­n’t need to be so nor­mal. Не удивимся, если у них просто «четвертым разумом» Купер из (Черного Вигвама)² вещает. На диктафон, ага. (далее…)

Голливудская магия Брайана Батлера: искусство и Искусство

Недавно мы опубликовали эссе Алана Мура «Ископаемые ангелы», в котором цветасто и напористо доказывалось, что магия должна сблизиться с искусством, чуть ли не влиться в него; что ж, давайте-ка посмотрим, насколько хорошо это получается (и для искусства, и для Искусства). Вот например, настоящий (без иронии) духовный наследник Кеннета Энгера, снимающий батю-Magus’а в своих короткометражках, американский художник-перфоманист и режиссер Брайан Батлер (Bri­an But­ler), который с юности «воспринимал Магию как искусство».

Начал он, скажем прямо, весьма грубовато – с проведения группового ритуала в калифорнийском музее L&M Arts, мол, это такой перфоманс. Ну то есть натурально получасовое вызывание марсианского демона BRTzBAL (повторяя соответствующее делание Алистера Кроули, Лейлы Вадделл, Виктора Нойбурга и Мартсона; беднягу Нойбурга тогда запихнули в треугольник – http://www.oto-hu.org/documents/publication/english/Liber_CCCXXV.html) в алых и белых робах, с мечами, заклинательным кругом, песнопениями, музыкальным сопровождением (для саундтрека короткометражки целый оркестр работал, а вот чем сопровождался сам э‑э «перфоманс» – загадка), корчами медиума в треугольнике (к сожалению, сам Батлер решил быть вызывающим). По словам Батлера, таким образом он собирался «перенести проявления духа на поверхностный уровень, который может воспринять средний человек».

Ну что ж, «перфоманс» удался, зрители были довольны, профильные медиа на английском много писали об «современном Алистере Кроули от пефроманизма», и местный глава ОТО весьма благосклонно ко всему этому отнесся (ну, учитывая выступления самого Кроули с группой скрипачек…) Однако нужно заметить, что все-таки полностью успешный «ритуал» с ТАКИМИ-ТО озвученными целями должен был бы произвести эффект вроде явления Мадонны в черном близ Орано в 1885 году, когда ее около местной часовни видело столько народа, что пришлось переносить часовню, а холм оборонять отрядом карабинеров (такого, впрочем, и Зверь 666 не добивался, но кто ж тянул Батлера за язык?)

Другими словами, цели перфоманса тогда были достигнуты; а вот были ли достигнуты цели ритуала? Даже если в данном случае это было не вызывание Bartz­abel’я, а «перенесение духа на уровень, где его могут воспринять зрители»? Кажется, для Батлера, если он и правда считает себя магом, этот опыт можно смело считать провальным и как для мага, и как для перфоманиста (впрочем, выступления Алистера Кроули вряд ли были широко известны среди местной аудитории, так что вторичности идеи никто не заметил). Однако вполне возможно, что он и сам так решил: новых ритуалов на камеру он больше не производил, а сделал шаг как раз в сторону большей доступности зрителю.

Следующее его заметное выступление, «Голубь и змей» в LAXART Annex в Голливуде, стало музыкальным перфомансом в компании лично 84-летнего дедушки Энгера в фиолетовой футболке с радужным черепом, оранжевых брюках и кепочке, а также с ребятами в черных балахонах (от модного лондонского дизайнера Qasi­mi) с презентацией одноименного короткометражного фильма “The Dove and the Ser­pent”. И, опять же, толпа гламурной молодежи была довольна; точно так же, как и на похожем выступлении «Единство противоположностей», названном самим художником «актом ритуальной магии, на котором с помощью музыки и света совершается коллективный внетелесный опыт» – вот как только понять, насколько опыт удался, насколько был он коллективным? С какими целями он, в конце концов, производился? Может, таким образом Батлер добивался «Secret capa­ble of real­iz­ing the world-old dream of the Broth­er­hood of Man»? Вряд ли, конечно, но узнать не представляется возможным.

Но кое-что в его творчестве все-таки заслужило и внимание, и уважение. Живя и творя в «современном мире компьютеров, в котором все еще действуют старые энергии», почитая Алехандро Ходоровски и Кеннета энгера, чьи «фильмы создали образы оккультных ритуалов и инициатический форм, приемлемых для зрителя, стали видом массового магического ритуала», Батлер создал пару короткометражек, для которых в современность будто вернулся дух расцвета творчества Энгера. Похоже, это дерзание близкое уже известному нам созданию гипер-сигилы; здесь Magus-мастодонт и покровитель всего потока также стал одним из персонажей, причем не «приглашенным гостем-Невидимым вождем», а тоже своеобразным «начальником агентов Синей Розы», непривычно человечным, ощутимым, хрупким, каким в собственных фильмах он никогда не был.

Таков в первую очередь фильм «Ночь Пана», который ошарашит любого, кто может и знать, и чувствовать фильмы Энгера – и тут бессильны слова, это нужно просто посмотреть и понять, что Батлеру удалось дальше зайти в сторону энергеровского кино, чем самому режиссеру, поместив магический посыл в весьма эмоциональное послание. Получилось весьма глубокое и интенсивное обоснование «А вот почему мы это, собственно, делаем» – и если это действительно, как нам и кажется, своего рода исповедь, то за арт-магическим путем Батлера действительно необходимо будет последить.

Наконец, пока что самый сильный и мощный выпад со стороны Батлера – фильм «Работы Бабалон». Так называл свои магические эксперименты со своей женой Джек Парсонс, стремившийся воплотить на земле саму Бабалон; художник же поместил перед фильмом такую цитату Кроули из письма Карлу Гермеру:

«Вы наверняка заметили, какое доверие я оказывал Брату 210 (Джеку парсонсу), но делал я это, производя древнюю и хорошо известную магическую формулу… Единственное, что он сможет ей противопоставить – вызвать THAUMIEL, духа клипот Кетер, что на современный жаргон можно перевести как «он заболеет шизофренией».

The Gouranga Powered Band — Be Free Boogie

С вами снова наша нерегулярная рубрика «помолимся вместе, братья!», посвящённая всяким странным образцам сектантской, простите, нетрадиционно религиозной музыке вообще и психоделике в частности.

Адепты Общества Сознания Кришны обладают отличными способностями к музыкальной мимикрии, что доказывается существованием кришнакора и кришна-блатняка. Однако реальное начало этого движения лежит в Сан-Франциско конца шестидесятых. И хорошо, что ещё остались там люди помнящие об этом и держащиеся корней.

The Gouran­ga Pow­ered Band – команда шотландских кришнаитов. Судя по тексту в буклете их лидер, Puri Maharaj, вступил в движение в 73-ем, после чего, судя по всему, его музыкальные вкусы застыли и мумифицировались. Понять когда возникла группа и когда был записан этот альбом физически невозможно, в буклете указаны только годы вступления каждого музыканта в ISKCON. Последняя дата – 1996, ясно что альбом записан позднее. Только по музыке этот промежуток никак не определяется, напоминая как раз начало семидесятых.

Перед нами пещерный тяжёлый психодел с длинными повторяющимися композициями. Никакой изысканности и изощрённости, всё просто как топор Парашурама, рассекающий ложные идеи вместе с их носителями. Иногда певец начинает проповедовать на тему временности всех наркотиков и развлечений за исключением одобренных Кришной, только всё это быстро сводится к однообразному повторения всем известной мантры под гитары и барабаны. Нельзя не признать, что звучит это мощно. Странно, но сильно, за счёт своей зверской серьёзности. Даже вышеописанная повторяемость, давно вошедшая в анекдоты про кришнаитов, здесь превращается в достоинство.

Главная причина, по которой этот образец музыкального аутсайдерства стоит послушать – финальная Kali’s Come. Для фактически монотеистского гаудия-вайшнавизма крайне необычно обращение к другим божествам индуистского пантеона, но нужно же как то нагнать на слушателя/потенциального новообращённого апокалиптического мрака. Это вполне получилось, данные четырнадцать минут приближаются по звуку к прото-думу, причём даже неизбежное Харе Кришна начинает звучать весьма зловеще.

 

Дети цветов, не надеющиеся на Царство Любви: Music Emporium

В своё время Music Empo­ri­um оказались совершенно забытыми в тени своих прославленных соотечественников: Jef­fer­son Air­plane, Doors и Love. Однако их единственный альбом не уступает никому из этих гигантов в патетичности и композиционном таланте. Возможно, недостаток драйва – главная причина, по которой альбом так и не выстрелил, оставшись, в сущности, демо-записью (впрочем, на редкость хорошего качества).

Удивительно, но меланхоличное настроение, гимновая основа песен и явный отход от блюзовых и рок-н-ролльных стандартов сближает эту музыку со звучанием «кентерберийской сцены» британского арт-рока, например, с Soft Machine и Car­a­van. Отсюда и необычная для того места и времени атмосфера; как если бы «дети цветов» больше не надеялись на скорое наступление всеобщего царства мира и любви – и всё-таки продолжали праздновать жизнь, расширять сознание и смело обличать тупость обывателей, зная, что чаемое будущее непременно наступит – пусть и не они станут его свидетелями.