Простая практика для гекатианской ночи

В прошлом году мы уже излагали подробный и объёмный ритуал Гекаты для праздничной ночи. Сегодня предложим конфидентам совместить наблюдение за метеорным потоком с лёгкой околомедитативной практикой.

Место может быть любым, однако настоятельно рекомендуем выбраться на природу, где можно посидеть на земле возле водоёма – на свежем воздухе, под светом далёких звёзд.

Возьмите с собой любимую еду и напиток (он может быть алкогольным или безалкогольным, главное, чтобы в этот день вам хотелось именно этого).

Выполните любую привычную и правильную для вас очищающую практику, примите удобную позу. Ощущайте. Смотрите, слушайте, наслаждайтесь происходящим, пейте, ешьте, размывайте границы между миром и собой. Будьте чутки к мелочам и моментам, чувствуйте цельность вне-времени.

Оформите своё желание выйти из лабиринта всего иллюзорного, ложного, паразитического, налипшего и наносного.

И пусть четверичная природа, которой вы обладаете, будет вашим помощником.

Когда почувствуете момент уместным, проговорите, вкладывая в слова свою волю:

Пусть тело моё станет ключом к полноте познания и познанию всей полноты жизни, пусть оно будет стабильной основой и твёрдой почвой для моего Пути!

Пусть разум мой рассечёт преграды иллюзий, поможет обойти ловушки и откроет мне Путь за границы самого себя!

Пусть чувства мои неиссякающим источником питают меня на моём Пути и во всём их многообразии не потеряют своей чистоты и будут для меня попутной волной!

И пусть огонь моего духа всегда ярко горит, освещая мой Путь и открывая двери в Иное!

Произнесите «Да будет так!» на четыре стороны света, отпейте напиток, а часть его вылейте на землю или в воду.

Вспоминаем гекатианские материалы

Ἑκάτην κλῄιζω!

Год назад мы впервые отпраздновали 13 августа, устроив гекатианский марафон. Было бы большой потерей забыть хоть что-то, что тогда стало достоянием нашего проекта! Давайте вспомним, чем было наполненно первое празднество Гекаты на Катабазии.

Началось оно с огромной статьи «Знакомство со Столикой Гекатой, чёрным огнём и солнцем мёртвых». Изначально предполагалось, что это исследование образа Гекаты от античности до наших дней станет академической работой, – но не срослось (в нашей камере ЧЖТ это в последнее время обычное дело), поэтому оно досталось конфидентам:

Знакомство со Столикой Гекатой, чёрным огнём и солнцем мёртвых

Продолжилось заметкой «Об изменчивости и устойчивости Гекаты», о динамичности образа Богинюшки: титаниды, но сражающейся за олимпийцев, дочери разрушения и звёздного света, в христианские времена соседствовавшей на магических геммах с Абраксасом, почитаемой ведьмами и колдунами:

Об изменчивости и устойчивости Гекаты

Мы также опубликовали ритуал выкликания Гекаты – с подробным описанием всего необходимого: от цвета одежды и украшений до построения алтаря, текста инвокаций и даже количества свечей:

Ритуал Гекаты для проведения в одиночку

И закончили гекатический марафон рассказом о цветке Пангеннетейры, истинном символе Богинюшки – Строфалосе. Цветок огня, за чёрным пламенем скрывающий изначальный свет – «Снова свет, снова заря, снова просиял день после приходящего ночью мрака»:

О цветке Пангеннетейры

Кстати, примерно за полгода до этого праздника мы перевели главу из «Between Spaces», посвящённую «ведьмовству под крылом богини-безумной старухи, восседающей на горе гниющих трупов и экскрементов», – видимо, взгляд на богиню, сформированный под влиянием раннекроулианского видения. Любопытно, что в конечном счёте именно эта публикация и стала побочной причиной сегодняшнего празднования:

«Between Spaces» TP118: Ритуал Гекаты и TP057: Tab­u­la Rasa

Кличу Гекату, Энодию кличу тройных перепутий,
Неба, земли и пучины морской желторизную кличу,
Ты на погосте, Персейя, вакхуешь меж душами мёртвых,
Радуют сердце твоё, о Отшельница, сонмы оленей,
Гончие стаи, Ночная, Царица – всегда побеждаешь,
Звероголосая, пояс не носишь, твой Лик бесподобен,
Ключница космоса, правишь рогатых стадами, Анасса,
Ты – Госпожа, ты – Невеста, питаешь детей, и по кручам
Рыщешь. Молю, снизойди на обряды священные, Дева,
Благослови Волопасов и жертвы прими благосклонно.

Об изменчивости и устойчивости Гекаты

Немудрено, что Гекату в основном знают как Хтонию. Всё-таки хотя первый источник, о котором упоминается в сегодняшнем лонгриде, – греческая «Теогония», культ Гекаты считают продолжением то ли ещё фракийского поклонения «великой богине» Бендиде, то ли малоазийских верований с территории Карии. Потусторонняя для богов мощь Богинюшки выражалась в её статусе и происхождении: строго говоря, она была не «богиней», а титаном, а её родителями (по наиболее распространённой версии) были титан Перс, представляющий собой разрушение, и титанида Астерия, олицетворение звёздного света.

Сейчас такой союз выглядит даже более гармоничным, чем в древнегреческие времена, ведь мы уже знаем, что эти искры в небесной черноте – на самом деле гигантские раскалённые реакторы, выпускающие в пространство жесточайшую радиацию, лучистую энергию смертоносной интенсивности, способную даже на значительных расстояниях легко и непринуждённо слизывать с планет их атмосферу. Как знаем и о том, что часть дошедшего до нас света – живой свет уже мёртвых звёзд, движение сквозь время и пространство как таковое. (далее…)

Знакомимся со Столикой

Ну и какой же марафон без ОГРОМНОГО, всеохватывающего материала?! Изначально предполагалось, что это исследование образа Гекаты от антики до наших дней станет академической работой – но не срослось (в нашей камере ЧЖТ это в последнее время обычное дело), поэтому гордо представляем конфидентам наш новый лонгрид «Знакомство со Столикой Гекатой, чёрным огнём и солнцем мёртвых»:

Знакомство со Столикой Гекатой, чёрным огнём и солнцем мёртвых

От «Теогонии» до «Макбета», от «Философумены» до сочинений Марка Алана Смита, от «Пистис Софии» до переписки Юлиана Отступника с Максимом Эфесским, от «Халдейских оракулов» до орфических гимнов, от античных гемм до сочинений Юнга, в конце концов, от танатоэротических гравюр до «Вне кругов времени» Кеннета Гранта… Везде, везде, везде сквозь эпохи и державы несёт свой факел Аркюия, Полюодюнэ, Фторэгенэс, увлекая за собой тех, кто готов открыться тому беспредельному, от чего она хранит ключи.

Ἑκάτην κλῄιζω!

Ἑκάτην κλῄιζω – кличу Гекату

Конфидент, прямо сейчас есть как минимум две причины отложить дела и выйти под ночное небо. Во-первых, прогнозируется пик метеорного потока Персеиды. Во-вторых, как считает целый ряд авторов (Leo Ruick­bie – «Witch­craft Out of the Shad­ows: A Com­plete His­to­ry», C. M. C. Green – «Roman Reli­gion and the Cult of Diana at Ari­cia», Greg Crow­foot – «Cross­roads: the Path of Hekate»), приближается славный праздник богини, известной как νυχία – Нюхия – «Ночная», νυκτοφάνεια – Нюктофания – «Ночное светило», «Свет ночи», ἀστροδία – Астродия – «Та, что ходит по звёздам». Праздник Гекаты.

Бегущая среди звёзд, небесная, несущая факел, дышащая огнём, жена четвероликая, четвероименная, четырёх дорог госпожа.

Впрочем, основное празднество придётся на следующую ночь, но выйти проветриться всё равно стоит! Вздохнуть полной грудью и приготовиться: на наступившие сутки мы открываем звёздно-хтонический марафон, в процессе которого предложим тебе самому разглядеть Столикую, священную, нечестивую, всеохранительницу, приносящую разрушение.

Ἑκάτην κλῄιζω!

Возлюбленный Иштар и над архонтами архонт: Саргон Древний

Ну и не во всём влияние Богинюшки однозначно, конечно. Например, верили, что именно она возвела на престол царя Саргона, известного как Древний или Проклятый. Мол, был обычный садовник, а потом сделался царь, собравший в единое государство разрозненные городки и 55 лет правивший (да люди не жили тогда столько, а этот правил!) чуть ли не первой деспотической империей. Как такое произошло?! Ну конечно, Иштар помогла.

Саргон – деспот очень Древний, настолько, что есть предположение, будто государство Аккад стало так называться по названию его царской столицы. Его образ был легендарным, а со временем оброс вымыслом. Например, Проклятым его называли потому, что он то ли посмел перенести столицу из Вавилона (который тогда не имел никакого политического значения), то ли разрушил его, чтобы выстроить из этих кирпичей собственный город. Это, скорее всего, сказки; а вот то, что этот самозваный «повелитель вселенной» (шар кишшатим – его официальный титул) создал порядок, по которому наша камера ЧЖТ всё ещё существует, – это правда.

Империя, конечно, никогда не кончалась, но пробирает по костям знакомое чувство, будто это не империя Рима, как то чудилось Дику, как то чудится нам до сих пор, а тысячи на полторы лет пораньше. Ощущаются не власть и законы мира гордых и дисциплинированных завоевателей, но смутное влечение месопотамского столпотворения; не юридическая мощь бюрократического аппарата патрициев, но полупервобытные порядки обычая и суеверия; не стальная воля империй запада, а тупая пробивная сила азиатской деспотии.

Тоталитарное государство Саргона возникло сорок веков назад. Тогда первые носители праиндоевропейского наречия, которому ещё предстояло когда-нибудь породить санскрит и латынь (а также английский и русский языки, конечно), не знали про неплохую попытку могучего месопотамского царя и возлюбленного Иштар собрать несколько десятков городов в единую могучую империю. Попытка умерла с его потомками, но остатки тех дерзаний превратились под натиском вернувшихся из небытия шумеров в первую на свете тоталитарную державу, известную как Третья династия Ура.

Урбанистическая цивилизация Месопотамии централизовалась — и с этого момента уже становится трудно понять, что же всё-таки с тех пор переменилось? Всё так же пьют после рабочего дня пиво, всё так же жизнь бьёт ключом в центральной метрополии и еле течёт в мелких городишках, всё так же процветают даже простые работники «великих организаций»-госкорпораций и борются за жизнь остальные, даже алфавитом пользуются принципиально тем же… И всё так же правят хитрые и изворотливые мужи-«халдеи», искоса поглядывающие на выражение лица золотого женского идола.

litta’’id bēlet ilī nišī rabīt igigī!

Наши симпатии к Инанне (кроме её Катабазиса, конечно!) определяются её изначальными аспектами. А сначала она была богиней плодородия – обильных урожаев, семейной жизни и любви, позже – богиней правосудия и победы; и лишь затем, уже в образе аккадской Иштар, она приобрела все атрибуты могущества и царственности. Впрочем, почитаемой оргиями покровительницей проституток, гетер и гомосексуалистов она как была, так и осталась.

Геродот, например, писал, что «каждая вавилонянка должна однажды в жизни садиться в святилище Афродиты (Милитты) и отдаваться за деньги чужестранцу…» (Геродот. История. I,99), и это подтверждает, что в Вавилоне проституция была делом не только легальным, но и священным, да ещё и отнюдь не только женским (гомосексуализм Богинюшка тоже поощряет!). А свобода такая была бы невозможна без могучей мифологической фигуры, одним своим восхитительным присутствием снимающей запреты и разрушающей условности.

Куда им, собственно, и дорога! «Вавилонская блудница», хоть и известна также переменчивостью (за что её и отвергает Гильгамеш) и ревнивостью, за последние пять тысяч лет присутствие своё только укрепила. Это она манит: «Ко мне, ко мне» – в Книге Закона, это её дух провоцирует сексуальные революции, легализацию проституции и каминг-ауты – даже вскрытие вопросов гендерной идентичности! Что ж, со временем Богинюшки вокруг станет только больше – так что будет и веселее.

Ištar zumrā rašubti ilātim

Нисхождение Инанны закончилось воскресением: оставленный на земле советник навещает других божеств с просьбой о помощи, на которую откликается Энки, бог мудрости. Он создаёт слуг – буквально из грязи из-под ногтей, – и те умудряются убедить Эрешкигаль отдать им Инанну и воскресить ту с помощью живой воды и живой еды. Однако покинуть «Страну без возврата» просто так нельзя – и Иштар-Инанна оставляет вместо себя собственного мужа.

Миф этот – будто миф о Персефоне, вывернутый наизнанку: вместо властного Аида, бога смерти, – не менее властная, но богиня жизни, а вместо Персефоны – её муж, бог пастухов Таммуз-Думузи, столь легкомысленно ведущий себя после кончины супруги, что богиня отсылает его вниз. По одной из версий мифа, его сестра Гештинанна согласилась половину года заменять его там, так что каждую весну он возвращается к Иштар – и природа расцветает.

Так или иначе, богиня спустилась в страну мёртвых и вернулась, может, не смертью смерть поправ, но первую тропку снизу вверх проторив заметную: смерть, до того непоколебимая, сменяется циклом, в котором Жизнь всегда возрождается, а Богиня-Воительница возносится и над жизнью, и над смертью. Любой вавилонец же с тех пор в любом жертвоприношении повторяет: «Его грудь за мою грудь, его плечи за мои плечи…» – в залог, может, не бессмертия, но возрождения.

Иштар – богиня жизни, любви и страсти, проституции, коварства, раздора, но также и та, кто своим Катабазисом обеспечила человечеству Вечность. Она дарит королевскую власть, возглавляет завоевания как богиня-воительница – не хтоническая дева, а просто гимн латентному матриархату в основе нашей цивилизации и всему, что с ним связано.

ištar zum­rā rašubti ilā­tim
litta’’id bēlet ilī nišī rabīt igigī!

«Самая старшая неба и земли»: праздник Инанны, Иштар, Астарты

Ištar zum­rā rašubti ilā­tim
litta’’id bēlet ilī nišī rabīt igigī!

Вот и снова пришло время для праздника Инанны, Иштар, Астарты, «самой старшей неба и земли», первой богини, совершившей полнейший Катабазис за тысячи лет до Девы Марии. Прославляемая царями Вавилона как равная царю богов (в частности известен и воспевается профессорами лондонского университета гимн царя Амми-дитана – http://engur.ru/3320), она покровительствует любви и страсти, проституции, коварству, раздору, дарит королевскую власть, возглавляет завоевания как богиня-воительница – не хтоническая дева, а просто гимн латентному матриархату и всему, что с ним связано.

Геродот, например, писал, что «каждая вавилонянка должна однажды в жизни садиться в святилище Афродиты (Милитты) и отдаваться за деньги чужестранцу…» (Геродот. История. I,99), и это подтверждает, что в Вавилоне проституция была делом не только легальным, но и священным, да еще и отнюдь не только женским (гомосексуализм богинюшка тоже поощряет!). А свобода такая была бы невозможна без могучей мифологической фигуры, одним своим восхитительным присутствием снимающей запреты и разрушающей условности. (далее…)

«Звезда-полынь»: кинопортрет одной ведьмы

Вот с такой красоты и надо начинать каждое утро: «Звезда-полынь» – это собранный из колдовских книг, магических кругов, ведьмовских напевов и одержимых духами рисунков кинопортрет Марджори Камерон, художницы, поэтессы, The Scar­let Woman Кеннета Энгера из Inau­gu­ra­tion of the Plea­sure Dome и багряной жены Джека Парсонса: «она напоминала раскалённый воздух, волосы её были бронзово-красными, сама она была пламенной и утончённой, решительной и упрямой, искренней и развращённой, наделённой экстраординарной индивидуальностью, талантом и интеллектом».

Снял короткометражку американский режиссер (и предвестник New Queer Cin­e­ma) Кертис Харрингтон – позже он близко общался с Майей Дерен, а затем и вовсе загремел актером в тот же Inau­gu­ra­tion of the Plea­sure Dome. Впрочем, заниматься режиссурой и даже играть в кино он продолжал до нашего века.