«Машина Сновидений» Брайон Гайсин

От Редакции. 110 лет назад Брайона Гайсина, по его свидетельству, доставили по неправильному адресу, то есть на нашу планетку. Художник, писатель и маг, изобретатель Машины cновидений, он почти всю свою жизнь провел в тени. Будучи девятнадцатилетним художником, он должен был участвовать в одной выставке с Дали, Пикассо, Беллмером, Дюшаном, Магриттом – но был исключен лично Бретоном. С тех пор дорога его вела во тьму — космическую темноту, в которой ему было суждено расписаться каллиграфией пламени! И при этом остаться в высшей степени человечным – игривым, сумасбродным, пугливым, восторженным.

Именно такой характер сделал его не строгим Агентом, Великим Зверем или апостолом Фомой, а добрым медиа-чародеем: все плоды его искусства — попытки освободить зрителя, подарить ему опыт Иного. Касается это и его картин, и статей (взять хотя бы Let the mouse in — интрузивное заклятие, а не заметка), и выступлений, и изобретений.

Точнее, одного изобретения — конечно, Машины сновидений. В честь сегодняшней даты — перевод небольшой заметки о её происхождении, работе и смысле.

fr.Chmn

Сегодня в автобусе, ехавшем в Марсель, я испытал трансцендентальную бурю цветовых видений. Мы ехали на закате по длинной аллее, я прикрыл глаза. И тут за моими веками взорвалась ошеломляющая волна ярких узоров сверхъестественных цветов: многомерный калейдоскоп, кружащийся в пространстве. Я был вырван из времени. Я оказался в мире бесконечных чисел. Видение внезапно прекратилось, когда мы выехали из аллеи. Было ли это видением? Что со мной произошло?

Эту запись я оставил в дневнике 21 декабря 1958 года. Я точно узнал, что со мной произошло, когда в 1960 году Уильям Берроуз дал мне книгу Грея Уолтера «Живой мозг». Я узнал, что подвергся воздействию мерцания, но не от стробоскопа, а от солнца, свет которого прерывался с точной периодичностью в одну секунду равномерно расположенными деревьями, когда я мчался мимо. Вероятность такого случая — один к миллиону. Этот опыт полностью изменил тематику и стиль моей живописи. Уолтер в этой связи делает великолепное предположение:

…Возможно, подобным образом наши живущие на ветвях деревьев предки, пораженные лучами заходящего солнца посреди джунглей, сошли на землю, став более печальными, но более мудрыми обезьянами.

Иэн Соммервилль, который также читал эту книгу, написал мне из Кембриджа 15 февраля 1960 года:

Я сделал простую машину вспышек: цилиндр из картона с прорезями и лампочкой внутри, который вращается на граммофоне со скоростью 78 оборотов в минуту. Если смотреть с закрытыми глазами, то мерцание играет на веках. Видения начинаются с цветных калейдоскопов и постепенно становятся более сложными и красивыми, ритимичными, как морской прибой. Вскоре возникают целые узоры, а затем они отступают, и я оказываюсь в центре сцены, а меня окружают бесконечные узоры. Некоторое время было почти невыносимое ощущение пространственного движения, но оно того стоило! Потому что, когда оно прекратилось, я оказался высоко над землей в вселенском сиянии славы. Я ощутил, что мое восприятие после этого опыта заметно обострилось, тяжесть и усталость отступили.

Я изготовил «машину» по его описанию и добавил внутрь неё ещё один цилиндр, который расписал особым образом, придуманным за три года с момента моего первого опыта с мерцанием. Результат что с открытыми, что с закрытыми глазами заслуживал получения патента, и 18 июля 1961 года я его получил. № P.V. 868,281 «Процедура и аппарат для создания художественных визуальных ощущений».

Официальное описание Машины сновидений гласит: «Это изобретение имеет художественное и медицинское применение. Ощутимый результат достигается при приближении открытых или закрытых глаз к внешнему цилиндру, имеющему равномерно расположенные отверстия и вращающемуся с определенной скоростью. Эти ощущения могут быть изменены путем перемены скорости, расположения прорезей или цветов и узоров на внутренней поверхности цилиндра…»

Мерцание может оказаться действенным инструментом практической психологии: под его воздействием кто-то что-то видит, а кто-то нет. Это Машина сновидений побуждает людей видеть.

Что такое искусство? Что такое цвет? Что такое зрение? Эти вечные вопросы требуют новых ответов. В Машине сновидений человек видит всё древнее и  современное абстрактное искусство с закрытыми глазами.

Кажется, в ней нет ничего особенного. Её простые элементы, бесконечно двигаясь по кругу, повторяются бесчисленное количество раз, демонстрируя целостность. Это, безусловно, приближает зрителя к видению, о котором говорили мистики, считающие свой опыт неповторимым. Искусство часто путали с его произведениями — из мрамора, из холста и красок — и ценили потому, что, как и мистический опыт, оно считалось изысканным.

Марсель Дюшан, без сомнения, первым признал элемент бесконечности в Ready-Made — промышленных объектах, производимых «бесконечными» сериями. Машина сновидений вполне может показать вам бесконечную серию газовых горелок, горящих неземным пламенем. Но называть отдельную газовую горелку «уникальным предметом искусства», ставя на неё подпись художника, — значит совершать элементарную ошибку. А именно — путать видимый и материальный миры.

После первого моего опыта (поездки на автобусе с мерцанием), как художник я осознал, что из картин нельзя убрать только одно: свет. Все остальное можно как-то  изменить или вовсе вычеркнуть. Машина Сновидений изменяет сознание потому, что снимает границы видимого мира, показывает, что они условны. Я смотрел в неё сотни часов и размышлял о Уолтере Грее и его видении мутировавших обезьян, спустившихся с деревьев в первобытном лесу. После чего написал:

Одна Готовая Обезьяна упала на землю, и от удара из нее вылетело слово. Возможно, у неё просто болело горло. Но она заговорила. В её начале было Слово. Она оглянулась и увидела мир по-новому. Она изменилась.

Вот и я оглядываюсь и вижу мир по-новому. Цвета стали ярче, а ночные светофоры сияют как огромные драгоценные камни.

Обезьяна стала человеком. Должно быть, возможно стать чем-то большим, чем человек.