«Hummingway to the Stars»: музыкальное посвящение Джону Бэлансу и Coil

Сегодня исполняется пятнадцать лет со дня смерти Джона Бэланса и вместе с тем — завершения жизни проекта Coil. Мы ранее обещали некий сюрприз, связанный с Coil, — и теперь готовы представить его вам. Это трибьют-релиз «Hummingway to the Stars«, состоящий из семи кавер-версий койловской композиции «Fire of the Mind». Немного необычный формат «трибьюта одного трека» объясняется тем, что он наилучшим образом подходит для эпитафии великому проекту — и каждый желающий отдать дань памяти Бэлансу и Слизи может привнести что-то своё в этот трек.

Лирика к композиции «Fire of the Mind», как гласит книга «The Golden Age of Bloodsports: The Collected Words, Lyrics & Performed Songs of Jhonn Balance«, была сочинена Бэлансом по мотивам картины Луиса Уэйна «Fire of the Mind Agitates the Atmosphere», репродукция которой висела над кроватью Бэланса в общежитии общеобразовательной школы лорда Уильяма в Оксоне.

На самом альбоме, помимо, собственно, кавер-версий «Fire of the Mind», присутствует также трек на текст Раймонда Крумгольда «Пламя разума», который мы также публикуем сегодня здесь:

Пламя разума (13.11)

На подъезде к Beachy Head перед машиной пролетела птица со светлыми перьями.

Это могла быть чайка, но чайки не летают в темноте.
К тому же у неё была явно круглая голова.

Сова.

Вторая дикая сова, встреченная мной за годы жизни на острове.

Ещё были прирученные совы, для показа которых сняли сад возле нашего дома.

Это было отвратительное зрелище: птицы в явном стрессе среди радостных пенсионеров.

Я тогда подобрал с земли перо, и потом долго хранил его на полке как символ всего, что ненавижу.

Эта сова свободна.

Встреча с любым редким, но свободным животным или птицей — хорошая для меня примета.

Не важно, какое значение придаёт таким встречам традиция.

На самом деле этот день должен был пройти совсем иначе. В начале года я планировал взять в ноябре выходной и поехать в день смерти Бэланса в другую часть Англии. У меня получилось найти адрес их последнего дома-студии. Место, где они записали несколько гениальных альбомов до момента пьяного падения после недельного запоя.

Там сейчас дом престарелых. Меня бы не пустили внутрь, но я хочу прикоснуться к стене.

Интересно, слышат ли там старики в глубоком маразме тихую музыку, не похожую ни на что из их прежней жизни?

В этот раз я забыл. Вспомнил только в саму дату, уже днём. Заехал в магазин и среди обычных покупок, ничего не планируя, взял пропитанное горючей смесью спрессованное дерево, удобное для разжигания костра. На работе, в свободные минуты, записывал идеи для задуманной статьи про оккультную историю ливерпульского постпанка. Написав фразу о том, что ритуальные практики необходимы для самоидентификации как оккультиста, я остановился и понял, что этим вечером меня уже не ждёт спокойное чтение дома в тепле.

Предпосылка проста. Бэланс много лет обсуждал с Кози Фанни Тутти идею ритуала на Beachy Head для успокоения душ многочисленных самоубийц. В языческие времена оттуда прыгали сознательно — в качестве добровольной жертвы богам. Потом стали просто прыгать. Бэланс хотел помочь, но не мог, слишком занятый собственным саморазрушением.

Кози провела ритуал в одиночку как часть своей серии перформансов «Selflessness». Пришла ранним утром. Провела действие. Зафиксировала его и поставила потом на свой сайт в списке художественных работ. Меня немного поражает, что иррациональные действия, проводимые мной в одиночку, по сути подпадают под одно из определений искусства.
Если подумать, я тоже фиксирую их как текст. У меня нет права критиковать. Только продолжить.

Впервые на моей памяти на скалах нет пронизывающего ледяного ветра. Купленная деревянная плитка легко разгорается. Привязываю её к маленькой ветке тиса, взятой от берега озера, где развеяли его прах. Осторожно подхожу к краю, освещая путь живым огнём. Становлюсь и слушаю «Fire of the Mind» — лучшую из возможных автоэпитафий.

Действие приходится прервать на полузвуке: подъехал патруль, предотвращающий самоубийства. Скидываю пламя вниз и иду к ним навстречу, излучая оптимизм. Хорошая погода, свежий воздух, обожаю это место и совершенно не намерен себя тут убивать. Дожидаюсь, пока они сделают круг и вернутся. Снова здороваюсь. Убедившись, что уехали к себе на базу, повторяю всё в большем масштабе.

Теперь пламя горит на верхней части большой ветви того же тиса. Пламя висит над бездной, его не видно с дороги. Можно долго стоять в тишине, в любимой маске, впитывая в себя дым и темноту.

Терпеливо дожидаясь, пока огнестойкий тис сдастся и упадёт.
Яркими углями в ночь.

Приятного прослушивания!

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть