Интервью с Джеймсом Хэвоком (Токио, апрель 2014)

От редакции. Публикуем перевод интервью с Джеймсом Уильямсоном (более известным у нас под псевдонимом Джеймс Хэвок) — единственное на его официальном сайте, который тоже успел почить и доступен теперь лишь в веб-архиве. Уильямсон был главой издательства «Creation Books», лидером группы «The Church of Raism» с готической дивой Rose McDowall. 

Джеймс Хэвок — автор двух новелл: «Рэизм» (1989) и «Белый череп» (1996), а также сборника коротких рассказов «Сатанокожа» (1992). «Рэизм» был впоследствии отредактирован, переработан и издан в качестве приложения к «Сатанокоже» под заглавием «Рэизм — песни Жиля де Рэ». Первый раздел — «Мясокрючное семя» — был одновременно опубликован в виде графического романа с иллюстрациями художника Майка Филбина. 

Переводчик интервью пожелал остаться анонимным. Некоторые фрагменты были ранее опубликованы в ВК-паблике «Отреченiе«.

Это интервью было сделано в Японии в городе Токио в апреле 2014 года.

Часть первая

Строберри Ши-Тенно: Доброе утро.

Джеймс Уильямсон: Доброе утро.

СШ: Я так понимаю, вы приехали в Японию на мероприятие по случаю 25-й годовщины Creation Books.

ДУ: Да, это одна из причин. Ну, вообще, мероприятие уже прошло, вчера ночью: это было «путешествие» по монорельсу от Токио Стэйшн до Дайбы.

СШ: И как прошёл ивент? Токийский залив ночью очень красив…

ДУ: Всё прошло нормально, поезд был битком!

СШ: Вы ещё будете устраивать ивенты в других местах?

ДУ: Конечно, мы уже устроили несколько в других странах, последний намечен на декабрь на полярном круге.

СШ: Как поминальная служба?

ДУ: Да, именно так. Поминальная служба по случаю смерти света, как они говорят.

СШ: Вы сказали, что приехали сюда ещё по каким-то причинам?

ДУ: Ну да, по самым обычным: за покупками и для культурных исследований…

СШ: 25 лет издательской деятельности – это весомое достижение, не так ли?

ДУ: Наверное. Это точно довольно долго.

СШ: Я правильно понимаю, что проект сейчас заканчивается?

ДУ: Ну, он на самом деле закончился ещё в прошлом году. Последняя книга была выпущена Creation в марте 2013 года, если я правильно помню. Как внештатный редактор, я веду ещё несколько книг к выходу от других издательств, но у меня нет планов заниматься подобной работой в будущем.

СШ: Можно спросить? Проект закрылся из-за падающих продаж или по какой-то другой причине?

ДУ: По нескольким причинам. Но что касается непосредственно продаж, то цифры, что я видел, демонстрировали рост за последнее время. Если посмотреть на число продаж в январе 2012 и сравнить их с числом продаж в январе 2014, то явно виден рост на 92% – почти в два раза больше.

СШ: Я слышала, что продажа книг становится непростым делом в последнее время. И такой рост — необычное явление?

ДУ: Я думаю, что это результат развития гласности в медиа, если угодно… в начале 2012-го мы видели рост нашего интернет-трафика почти в два раза. А вообще, вы правы, книготорговля угасает уже на протяжении многих лет, как минимум последних 10 лет точно. Помимо всего, владельцы Creation назвали рост цензуры и продаж электронных книг (книг в цифровом формате) крайне нежелательным явлением. Помимо всего, у меня были и личные причины.

СШ: Можно полюбопытствовать, какие?

ДУ: (смеётся) Легко. Я пришёл к выводу, что не должен тратить свои время, силы и деньги на продвижение книг людей, которых я не знаю. Кто-то присылает тебе книгу, которая тебе очень нравится, и ты соглашаешься издать её, но в большинстве случаев ты понятия не имеешь, кто этот человек. И получается, что половина из них – это сумасшедшие. Не очень хорошие люди. И я однажды решился избавить себя от них и общения с ними, — следующим логическим шагом было полностью перестать заниматься издательской деятельностью. В бэклисте Creation всё ещё есть несколько авторов, но это очень маленький процент от общего числа. Около 90% сегодняшних тайтлов Creation были созданы и закопирайчены внутри компании. Общий объём всех вместе взятых выплат по роялти меньше 1000$ в год, это по сути ничто.

СШ: Получается, некоторые книги из бэклиста являются общественным достоянием?

ДУ: Нет, это всё оригинальные работы, созданные и закопирайченные Creation. Некоторые из них включают в себя элементы общественного достояния, но они всё равно закопирайчены.

СШ: Вы издавали что-нибудь по ошибке? Что-нибудь, что, по вашему мнению, было общественным достоянием, а на самом деле таковым не являлось?

ДУ: Нет, не думаю… скажу точно, что сознательно этого не сделать. Каждая книга, которую мы издавали, имеет подписанный контракт или письменное разрешение; к слову, не так давно мы всё оцифровали. Однажды нам дали книгу для продажи посредством почтовых заказов, но нам это показалось сомнительным и мы сняли её с продажи. На самом деле это всё, что можно сделать. К счастью, было продано всего 8 или 9 экземпляров, насколько я знаю. Да, как вы сказали, в издательском деле такое иногда случается, поэтому мы всегда публикуем книги с дисклеймером.

СШ: Понятно. Наверное, это закат эры…

ДУ: Давно пора. Иногда гораздо легче плыть по течению, делая знакомые вещи… Но я по-настоящему рад, что мне представилась возможность выйти из всего этого. Мне было бы противно стать одним из тех людей, кто делает одно и то же десятилетие за десятилетием, пока не помрёт от старости. И самое приятное тут то, что, как только я решился закончить всякую деятельность, связанную с издательством, я обнаружил, что радикально изменить личную жизнь стало гораздо проще. И я бросил пить. Это звучит как небольшое достижение, но для меня это очень многое поменяло. Моя жизнь буквально вращалась вокруг общения за бутылкой более 30 лет…

СШ: И вам просто надоело?

ДУ: Ну, я осознал, что я уже выпил больше чем 20 000… может, 30 000 бутылок пива… и у всех есть предел!

СШ: Должно быть, сложно было остановиться?..

ДУ: На самом деле нет. Было очень легко. Если ты хочешь, то ты можешь. Но только если действительно хочешь. И мне сейчас гораздо лучше, когда я себя полностью контролирую. Я думаю, всем известно, что алкоголь меняет людей… заставляет их делать вещи, говорить вещи, которые они обычно никогда бы не сделали.

СШ: Вы тоже делали странные вещи?

ДУ: (смеётся) Я даже не знаю, с чего бы и начать. Когда ты имеешь высокую переносимость алкоголя и продолжаешь пить за пределом, после которого большинство людей начинают или блевать, или терять сознание, то ты можешь попасть в очень интересное место… но я бы не рекомендовал так делать. В общих чертах, алкоголь убирает твою человечность… а то, что остаётся, может быть довольно пугающим.

СШ: Можете привести пример? Звучит интересно.

ДУ: Я не уверен, что я хотя бы что-то помню из этого. Я твёрдо уверен в том, что это состояние даёт тебе совершенно нечеловеческую энергетику… что-то наподобие демонической одержимости, что-то в этом духе. Самое плохое — это то, что ты можешь выглядеть совершенно нормальным… ты не просто шатающийся пьяница, ты становишься животным, если можно так сказать, очень быстрым, «текучим», но в тоже время осознающим происходящее. Но ты и не совсем ты — только половина тебя, другая половина мозга выключена. Впрочем… я, кажется, помню один раз, в Париже, когда я получил внетелесный опыт…

СШ: Правда?

ДУ: Да, ну, это, наверное, лучшее описание того, что я ощутил. Я был в Париже, выпивал со знакомыми… мы сидели в баре, когда в одно мгновенье реальность для меня отключилась и я обнаружил себя снаружи, двигающимся на большой скорости по улицам Парижа. И казалось, что это длилось очень-очень долго… затем я вернулся в своё тело, которое по-прежнему сидело в баре. Я не представляю, сколько на самом деле прошло времени.

СШ: И такое случалось много раз?

ДУ: Нет, только один. Но это было очень странно…

СШ: Есть ещё интересные истории?

ДУ: Их на самом деле очень много. Один из самых странных «пивных дней» был в Рио, в одной из фавел. Я пошёл в бар, а там были ребята с шарфами на лицах и оружием в руках… это было немного странно… и, в общем, я подумал, что лучше будет, если я куплю всем пива. Как оказалось, мы все очень любили пиво и футбол и провели отличный полдень. Но это всё ерунда дней минувших…

СШ: Звучит весьма опасно! Давайте поговорим о книгах! Могу я спросить о том, как Creation Books появилось?

ДУ: Да, мы, наверное, должны поговорить об этом (смеётся). Я постараюсь быть кратким, если вас это устроит, хорошо?..

СШ: Конечно, как вам угодно. Всё началось в 1989-м?

ДУ: Первая книга была издана в начале 1989-го… но если подумать, то бизнес мы начали в 1988-м. Это были я и господин Алан МакГи из Creation Records.

СШ: Как это случилось?

ДУ: Алан был моим другом, и однажды мы выпили пива и решили, что будет занятно основать книжную компанию (прим пер . имеется в виду книжное издательство; аналога фразы в русском нет, но для полноты контекста оставил словосочетание), ну и всё началось, как-то так, ничего сверхъестественного.

СШ: Получается, вы его давно знали?

ДУ: Несколько лет. Если вы хотите проследить всё до момента, когда всё началось, то стоит сказать и пару слов про участие господина Джеффа Барретта. Именно из-за него я познакомился с Аланом и другими людьми, например, Primal Scream… Баррет был неплохим парнем, опережавшим своё время… у него было рок-н-ролльное шоу “Let It Rot”, и он любил приглашать новые музыкальные коллективы… так вот мы и встретились с Макги. В общем, все мы были друзьями и работали вместе… через некоторое время Джефф пришёл работать в Creation Records, в 1985-м или в 1986-м. Я переехал в Брайтон, это было место, где я находился более-менее постоянно. Через несколько месяцев кое-кто из Primal Scream решили покинуть Глазго и присоединиться ко мне, и чуть позже к веселью присоединился Макги.

СШ: И что, было много народу и веселье?

ДУ: Да, было; почти 3 года, пока все не стали сосредотачиваться на своей работе и проводить больше времени в Лондоне.

СШ: У вас был офис в Лондоне?

ДУ: Да, был. Мы находились в Клеркенвелл на протяжении 15 лет. И, конечно, у нас были офисы в других странах, где продавались наши книги.

СШ: Вы были в Лондоне впервые?

ДУ: Нет, я жил в Лондоне в начале 1980-х. У нас было местечко в Килбёрн, но мы не пили там по большей части, так как то были времена ИРА и они не очень-то жаловали англичан в тех местах. Поэтому, как правило, мы отправлялись в Хампстеди, пили в пабе, который назывался Holly Bush, очень старое место. По выходным мы отправлялись в Брайтон и пили в баре под названием Electric Grape, и останавливались в Гранд-отеле… пока ИРА его не взорвали.

СШ: Оу… может быть, они последовали за вами из Лондона?

ДУ: (смеётся) Это на самом деле забавно: когда я жил в Нью-Йорке 20 лет спустя, бар, куда я обычно ходил выпить, принадлежал тем, кто поддерживал ИРА… когда ты живёшь в Нью-Йорке, ты очень быстро понимаешь, что весь город принадлежит ирландцам. Они, к слову, были нормальными ребятами. Моя самая первая поездка в Лондон была на деле жизнеизменяющим событием. Это было во время школьных каникул на Пасху. И мы не просто так поехали, у нас была «миссия» купить две первые пластинки Stooges: их в то время можно было достать только в магазине на Прайд Стрит , который торговал импортом. Помимо всего прочего, в ночь на вторник в клубе “100” играла новая группа “Sex Pistols”. И, конечно, мы пошли их послушать, это было изумительно.

СШ: Это было их самое первое выступление?

ДУ: Может быть, да… это был март 1976-го. Мы прочитали обзор на них в NME месяцем ранее… но в нём не было почти ничего сказано непосредственно про их музыку, издание процитировало их барабанщика, который сказал, что они за хаос, и это звучало очень интересно. По-другому…

СШ: И как прошло шоу?

ДУ: Я мало помню музыку. Аппаратура сломалась где-то на середине выступления, и Джонни, который выглядел очень пьяным, пытался пойти домой… а Макларен стоял в начале лестницы и орал на него: «Вернись на ёбаную сцену!» — ну и далее в таком духе. Это была та ещё ночка.

СШ: Это было вашим самым любимым шоу?

ДУ: Вообще-то, нет, Pistols были на голову выше в следующем году, в ходе их тура SPOTS, c Сидом… в противовес распространённому заблуждению, инкарнация Pistols с Сидом сдула напрочь версию с Мэтлоком. И это шоу является для меня самым любимым, а за ним следует то, что было в клубе “100”. На третьем месте у меня будет Primal Scream и Stooges в Токио, который был, если не ошибаюсь, в 2004-м.

СШ: Звучит потрясающе! Вы встретились с Игги Попом?

ДУ: Я недолго с ним поговорил… Но я встречался с ним гораздо раньше. Первый раз был в 1980-м, в клубе Hurrah в Нью-Йорке.

СШ: Pistols сильно на вас повлияли…

ДУ: Да и на всё, что я делал после, в том числе. Когда мы создали Creation Books, мы это сделали в стиле “панк” — я говорю на полном серьёзе. Учись сам, по ходу дела и не заморачивайся насчёт устоявшихся правил. Я не думаю, что кто-либо ещё в издательском деле поступал так, как мы… во всяком случае, точно не в Англии. В США было несколько независимых издателей: RE/Search, Feral House, Amok…

СШ: Они вас вдохновляли?

ДУ: Определённо, но не в смысле контента. Они все издавали нон-фикшн, тогда как мы хотели сконцентрироваться на художественной литературе.

СШ: Хорошо, давайте тогда поговорим о книгах. Первая книга, выпущенная Creation, была написана Джеймсом Хэвоком. Вообще, я слышала, что это на самом деле ваш авторский псевдоним, это правда?

ДУ: (смеётся) Ну, можно и так сказать, да. Но это по большей части концептуальная штука… Макги в оригинале хотел основать церковь, и Хэвок был главным священником… что-то в этом духе. Я думаю, вы помните, как я говорил ранее, всё, что мы делали в те годы, было ради веселья, ну и чтобы немного понадоедать некоторым людям. Как, например, мы сделали вечеринку в клубе, которую Макги назвал «Шлюха». И, конечно, было неизбежно то, что несколько идиотов без чувства юмора будут жаловаться по этому поводу… В общем, из названия, которое мы дали книжному «проекту Хэвок», уже понятно, что это всё несерьёзно на самом деле. Моя работа заключалась в том, чтобы обеспечить текст, ну и какое-то время я играл эту роль. Это было смешно, и в тот момент мне особенно нечего было делать…

СШ: Вы использовали много разных авторских псевдонимов?

ДУ: О да, приличное количество. Я думаю, придумывать псевдонимы — один из самых забавных моментов в писательстве. Я абсолютно точно никогда не хотел использовать моё настоящее имя… я никогда не был тщеславным в этом плане. Имена вообще, на мой взгляд, несколько переоценённая штука… очередной способ контроля над людьми.

СШ: Вы правда так считаете?

ДУ: Да, я так думаю. Люди, например, в тюрьмах жаловались на то, что им вместо имени давали номер… Но в чём на самом деле разница? Номер — это последовательность цифр, а имя — последовательность букв. Я всегда думал, что это очень хорошо понимал Шекспир. Я думаю, вам знакомо его высказывание: «Весь мир — это сцена». И если логически порассуждать, то приходишь к выводу, что любое представление, любая работа, любое действие в жизни требуют хорошего сценического имени. Но, конечно, в итоге это всё ничего не значит, в любом случае.

СШ: Возвращаясь к созданию Creation Books… Вы познакомились с Тони Уилсоном в то время?

ДУ: Мы были на шоу Тони, шоу проходило в полночь, он нас попросил записать его в 9 часов утра в субботу, после очень тяжёлой ночи в Асьенде. Мы были еле живыми тогда. А вообще, Тони был хорошим парнем, всегда вежливым, где бы это ни было: хоть в Асьенде хоть в Нью-Йорке, хоть где. Его смерть была, наверное, одним из самых тяжёлых моментов в последние годы.

СШ: Вам нравилось заниматься ТВ?

ДУ: Заниматься, по ощущениям, было нормально. А вот смотреть после то, что получилось, — ужасно. Я бросил это занятие. После Хэвок стал книжным проектом ради развлечения.

СШ: Если не ошибаюсь, ещё был LP-альбом? (Вроде бы, тут имеется в виду long play виниловый альбом, но я, увы, не силён в музыкальной терминологии. — Прим.пер.)

ДУ: Да, всё верно. Но он был сделан исключительно ради одной цели: чтобы избавиться от книг, которые мы не могли продать. Макги решил, что «излишки» книг мы дополним «саундтрековым» альбомом. И в итоге нам надо было записать альбом меньше чем за 100 фунтов… мы это делали в спальне друга. Это было забавно, но не более того. На деле было 3 LP: один для каждой книги, изданной через Creation Records.

СШ: Было сложно продавать эти книги?

ДУ: Да, весьма… но они по сути были мусором, потому это было совсем не удивительно.

СШ: Получается, после 3 книг Алан Макги ушёл?

ДУ: Всё верно. Надо помнить, что никто из нас понятия не имел на тот момент, как работает книгоиздательская индустрия. У нас не было абсолютно никакого опыта в «производстве книг», мы сделали это потому, что посчитали, что это будет весело. На деле продавать книги оказалось куда более сложным делом, чем кажется большинству со стороны, в особенности потому, что издательское дело было очень закрытой индустрией в те годы.

СШ: Но вы всё равно решили продолжать?

ДУ: Я решил, потому что я подписал договор с Генри Роллинзом… Я подумал, что так у его книг был гораздо больший шанс быть проданными. Это был риск, но мы пошли на него. Потихоньку мы начали создавать профиль и делать лист.

СШ: Что вы думаете о Генри? Вы встречались с ним?

ДУ: Да, встречался.

СШ: Должно быть, вам довелось познакомиться со множеством интересных людей за все эти годы?

ДУ: Определённо. Некоторые из них были хорошими людьми, но, помимо них, было и много идиотов. Да и я, конечно, был идиотом тоже. Когда я пил. Я уверен, что всё, что я делал, когда пил, было донельзя абсурдным… но в этом и был весь смысл, если говорить на чистоту. В остальное время я старался держаться… я старался делать всё по максимуму даже с моими ограничениями. Да какая разница…

СШ: Ну, это всё часть истории… как появились книги. Я думаю, многим людям нравятся книги, которые вы выпустили.

ДУ: Правда? Могу предположить, что мы выпустили несколько хороших, даже несмотря на то, что издательство было далеко не на первом месте. Главным фокусом моей жизни было по возможности веселиться… это включало в себя выпивку. Я на деле никогда не имел желания быть издателем, меня просто по случайности сюда затянуло.

СШ: Но вы занимались этим очень долгое время!

ДУ: Это было так сложно, что, я думаю, это стало сродни челленджу: сделать всё так, чтобы оно работало. И это было тем, чем я занимался, когда не пил. Мы, наверное, были по шею в пиве, но вот касательно издательского дела мы «едва касались воды пальцами ног». Можно сказать, мы плескались, но, по крайней мере, мы попытались.

СШ: А какими были ваши оригинальные устремления?

ДУ: Не могу сказать, что они у меня были — в обычном понимании. Я имею в виду такие устремления, как работа, карьерный рост и всё в этом духе. Я никогда не имел жизненных планов, которые бы шли дальше того, чтобы пойти в паб выпить пива и посмотреть, что будет. И я пробовал сделать это в как можно большем количестве стран.

СШ: Но вы же ещё и писали?

ДУ: Ну да. Я занимался этим в перерывах между общением.

СШ: Могу я спросить, что из литературы больше всего повлияло на вас?

ДУ: Я вырос, читая комиксы Марвел дома в свободное время. Стэн Ли был тем, кто ускорил моё литературное понимание в детстве. Я думаю, что изобразительное искусство играет одну из главных, если не самую главную роль в комиксах. В действительности мне нравился только Кирби, другие ребята — такие как Дитко, Джонни Ромита, Бусцема, Гил Кейн, — они, конечно, были крутыми, но Кирби был самым крутым… пока не появился Стеранко. Когда появился Стеранко в 1968-м или 69-м, меня просто сдуло в хорошем смысле слова.

СШ: А что насчёт книг?

ДУ: Да ничего особенно, обычные подростковые вещи… Баллард был самым любимым. В тот период музыка была для меня более важной. И, конечно, это из-за музыки я встретился с Макги, что в итоге привело к издательству… я думаю, это всё взаимосвязано.

Часть вторая

Строберри Ши-Тенно: Доброе утро.

Джеймс Уильямсон: Доброе утро ещё раз.

СШ: Насколько мне известно, Creation Books коснулась общественная критика некоторое время назад — у вас всегда были проблемы с авторами?

ДУ: Ну, вообще-то, да. Но на деле это был лишь небольшой процент… большая часть людей, с которыми мы работали на протяжении нескольких лет, были нормальными, а с некоторыми мы даже стали друзьями. Но были и некоторые, кто совершенно не оценил наши усилия. Один проблемный кадр был даже среди самых первых трёх книг, которые мы издали; он постоянно названивал, жаловался с переходом на угрозы и хамство, потому что ему казалось, что всё тянется слишком долго и выплаты надо делать быстрее. Но я ничего не мог сделать по этому поводу, я был лишь редактором… Я передавал его сообщения ребятам, которые занимались деньгами, но чем больше он жаловался, тем больше они заставляли его ждать (смеётся). Всегда нужно быть вежливым с людьми, которые должны тебе денег!

СШ: Получается, он был первым…

ДУ: Но не последним. Если бы мы решили сделать список нелепых жалоб, которые мы получали, то он получился бы невероятно длинным… конечно, некоторые из них были оправданными, но многие были основаны на незнании того, как работает издательское дело, и того, с какими сложностями сталкивается небольшое издательство. Был один парень, который думал, что ему причитаются роялти каждый раз, когда его б/у книга продаётся в букинистических магазинах (магазинах подержанных книг. — Прим. пер.)… другой считал, что ему положены роялти с непроданных книг, которые были возвращены нам… просто тупость какая-то.

СШ: Я слышала, что издательское дело имеет общеизвестно сложную политику возврата.

ДУ: Да. Уникально сложную, по моему мнению. У нас были авторы, которые увидели большую кучу своих книг в магазине и посчитали, что их книги хорошо продаются. На деле это означает прямо противоположное: чем больше у магазина их книг лежит в наличии, тем меньше они продали. Магазины не покупают ваши книги, они лишь их заимствуют, чтобы попробовать продать. Книга по-настоящему считается проданной, только когда покупатель пришёл в магазин, взял книгу и заплатил за неё. До этого момента магазины могут вернуть непроданные книги назад. И часто они возвращают их настолько повреждёнными, что продать их повторно не представляется возможным, — но это их совершенно не волнует. Также невозможно предсказать, когда книга может быть возвращена: могут вернуть в течение 2 месяцев или вернуть значительно позже. Именно поэтому многие авторы, изданные Creation, на деле имели отрицательный баланс, оставаясь должными нам. Потому что для только что отпечатанной книги ты обязан сделать для магазинов окно в 6 месяцев, в течение которых они могут вернуть непроданные копии. И в течение этого срока, скорее всего, будет большое количество возвратов. Очень часто это отрицательное значение выводит роялти-аккаунт автора в минус и они условно остаются должными нам. Другими словами, им переплачивали.

СШ: А вы можете вернуть деньги?

ДУ: Может быть, и могли, или должны были, но Creation Books никогда не было про деньги, главным было попытаться выпустить хорошие книги и веселиться. Потому мы никогда не присылали нашим авторам уведомления о переплате, просто принимали тот факт, что они нам должны. Конечно, некоторые из этих людей, что должны нам деньги, жаловались на прямо противоположную ситуацию – не понимая реального положения дел. А ещё были те, кто по каким-то причинам убедил себя, что их книги продались на несколько тысяч копий больше, чем им сказали. Должно быть, они думают, что издательства, дистрибьюторы, типографии и магазины организовали глобальный заговор против них… это на самом деле очень грустно. Таким людям нужно быть осторожными, высказывая такое на публику, ведь в какой-то момент им придётся оказаться в суде и предоставить доказательства своих слов, а там если нет доказательств, то их ждут неприятности.

СШ: Реальные цифры должны же быть задокументированы…

ДУ: Естественно. И это действительно так, одним из главных наших проектов с 2012 года была компиляция полной и задокументированной истории ведения нашего бизнеса (соглашения, продажи и т. д.)… для того чтобы такие претензии можно было устранять предоставлением доказательств, когда возникает такая необходимость.

СШ: Может, вам таки стоило послать уведомления о переплате (предусматривающие возвращение денег) тем, кто писал такие претензии! Им определённо нужно вернуться в реальность. Но вы говорили, что некоторые претензии были оправданы?

ДУ: Когда ты ведёшь небольшой бизнес в непростой индустрии, всегда будут моменты, когда ты не можешь сделать людям выплаты вовремя. Кто-то понимает это, кто-то — нет. Но мы были совершенно не против критики и жалоб, если они были вежливыми и обоснованными… агрессия и хамство — вот, что делало из мухи слона. Но мы всегда были честными с людьми: если мы не могли заплатить им вовремя, то мы говорили им правду, а не заговаривали зубы ерундой вроде «чек отправили по почте, ждите»… мы считали это нашей позитивной стороной и надеялись, что люди это оценят.

СШ: Но если твоя книга издана, разве несправедливо ожидать выплаты к согласованной дате? Простите, что играю «Адвоката дьявола»!

ДУ: Хороший, честный вопрос. Попробую ответить так… если ваша книга издана транснациональным огромным издательством с миллионами долларов на счетах в банке, то да – это реалистично, ждать выплат вовремя. Но если ваша книга издана маленьким независимым издательством, у которого на счетах в банке может вообще ничего не быть, гораздо более реалистично ожидать, что здесь возможны задержки. Нужно понимать, что небольшой издатель работает, как правило, по принципу «от книги к книге»: они не могут издать новую книгу, пока не покроют расходы от предыдущей. И если покрытие этих расходов идёт медленно, то, скорее всего, у них нет свободных средств на выплаты роялти. Если продажи вашей книги идут медленно, то они не смогут заплатить вам вовремя. Невозможно заплатить тем, чего нет. Так что надеяться на выплаты вовремя можно, но не стоит чрезмерно ожидать их и уж тем более требовать. Также могу отметить то, что если вы начнёте выкатывать требования и делать это по-хамски и агрессивно, то, скорее всего, издатель начнёт видеть вас не в лучшем свете… Конечно, наши проблемы не сводились только к жалобам авторов… у нас было несколько человек, кто взял у нас аванс, а затем не предоставил нам написанные книги (тут имеется в виду, что издательство заключило с автором соглашение, согласно которому автор берёт аванс, а затем к указанному сроку пишет книгу/книги. — Прим. пер.) и отказался возвращать деньги.

СШ: И что вы теперь говорите тем, кто критикует и жалуется?

ДУ: Я? Я ничего не говорю.. Мне вообще неинтересна подобная ерунда. Если людям нравится публично унижаться, это их дело… но я к этому точно не буду присоединяться. Да и ко мне это не имеет прямого отношения — давайте не будем путать интернет с реальностью.

СШ: Но если они злословят и говорят различные гадости…

ДУ: Это прискорбно. Но всё зависит от сути. Если кто-то пишет неоспоримую правду, тогда это нормально. Правда, как правило, очень сильно раскрепощает. Но вот если они пишут что-то, лишь основанное на правде, но вывернутое наизнанку… называют что-то чем-то, чем оно не является, или откровенно врут, то это уже другое дело. Это становится клеветой и предметом для судебного разбирательства и, как следствие, ведёт к наказанию и штрафам. Потому, я думаю, им стоит быть осторожными. И если за их делами кроется финансовое вымогательство, то не стоит ждать и нужно сразу обращаться в соответствующие инстанции.

СШ: То есть их можно засудить за ущерб?

ДУ: Думаю, что да. Конечно, всё зависит от того, кто их предполагаемая жертва. Кто-то попытается вас засудить, кто-то может выбрать более прямолинейный путь решения вопросов… ну а кто-то просто посмеётся над вами. Это риск, который приходится принимать.

СШ: А вы?

ДУ: Я не могу обсуждать в деталях нашу ситуацию, потому как у нас разные люди находятся под юридическим разбором. Но если говорить в общем, то можно сказать, что мы сталкивались с кибербуллингом, сталкингом, публичными оскорблениями и т. д., но, как правило, это гораздо больше сказывается на самих нарушителях, чем на их жертвах, не так ли? Я имею в виду то, что, как только ты показываешь, что готов сделать что угодно, сказать что угодно или опуститься на самое дно только для того, чтобы отомстить из-за какой-то мелочной обиды, это не демонстрирует твою благонадёжность или положительные стороны.

СШ: Но интернет поощряет подобное поведение…

ДУ: Определённо поощряет. Он даёт людям анонимность и возможность оскорблять, нападать и угрожать другим на больших расстояниях. Кибербуллинг постепенно становится такой проблемой, некоторые молодые люди доходят до суицида из-за него; я думаю, скоро будут внесены поправки в законы и это станет наказуемым. Интернет просто открывает гадкую сторону людей. И каждый раз, открывая новости, можно увидеть, что большой процент проблем в мире вызван людьми, заключёнными в цикл гнева, ненависти и мести. Наверное, половина популяции земного шара, если не больше, живут на примитивном уровне пещерных людей. Пещерных людей с компьютерами…

СШ: Эта ненависть, но кто знает, что её вызывает…

ДУ: Действительно, кто его знает. Я думаю, что многие люди несчастливы потому, что где-то на протяжении своей жизни они приобрели абсурдное представление о том, что их жизнь имеет какую-то особенную важность или значение… и вот они тратят всё своё время на поиски чего-то, какого-то момента, который не существует. Восточная философия говорит нам, что мы важны не более, чем насекомое или камень. Если вы можете принять это, то вам становится гораздо спокойнее и проще ценить каждый момент.

СШ: Буддизм?

ДУ: Буддизм, синтоизм… их называют религиями, но они важны ещё и как философские учения. Я лично считаю какую-либо религию печальным недугом: она вызывает столько смертей, разрушений и ненависти в мире. Можно ещё раз сказать, что люди живут как в каменном веке. Но восточная философия поднимается над этим, как мне кажется. Может быть, мы ненадолго вернёмся к книгам?

СШ: Да, давайте.

ДУ: Возвращаясь к теме возвратов… Я знаю как минимум одного небольшого издателя, кто из-за этого разорился. Представьте, вы — маленький издатель, который печатает книги малыми тиражами, но внезапно один из больших английских сетевых магазинов заказывает 3000 копий новой книги. Вы считаете, что это прекрасные новости, и отправляетесь в банк, где берёте кредит, чтобы напечатать нужное количество книг, и получается, что вы в долгу у банка. Конечно, вы сможете погасить этот кредит и даже ещё немного заработать — как только вам заплатит магазин. Через 6 месяцев никакой оплаты нет, и внезапно весь тираж книг возвращается вам, многие книги даже не были распакованы. И вы обнаруживаете себя с долгом, который выплатить не можете. Тысячи непроданных и непродаваемых книг — и никаких денег, чтобы напечатать другую книгу, чтобы оплатить счета… всё кончено. Вот так вот легко небольшие издательства уходят из бизнеса. А сетевому магазину, который вас обанкротил, вообще всё равно.

СШ: Это случилось с Creation Books?

ДУ: Нет, не с нами. Но пару раз мы сталкивались с подобной проблемой, нам приходилось останавливаться и делать реструктуризацию из-за денежных проблем.

СШ: А что случилось?

ДУ: В 2000 или 2001 году у нас был внезапный провал в продажах в Англии, продажи упали где-то на 75%. Понятия не имею, почему… в общем, мы посчитали, что это временное явление, и продолжили работать. Но в итоге продажи в Англии так и не выровнялись, и пару лет спустя мы обнаружили, что не можем платить по счетам за печать. Мы попытались договориться с типографией на предмет оплаты наличкой, но ничего не получилось. И нам пришлось остановиться и потом начать сначала.

СШ: У вас были неоплаченные долги?

ДУ: На тот момент неизбежно были. Я лично потерял где-то $40000, когда это случилось… в последние годы того периода у меня не было даже дома, я спал в офисе, чтобы сэкономить и попытаться заставить всё работать… но иногда это просто невозможно. Несмотря на то, что нам удалось заработать достаточно много денег в девяностые, мы так никогда и не получили прибыли. Мы дали огромные суммы нашим печатникам, довольно много нашим авторам и нашим дистрибьюторам… но в конечном итоге этот бизнес всегда был убыточным. Когда ты постоянно работаешь на грани, то всё может пойти не так в любой момент…

СШ: И вам не хотелось уйти в тот момент?

ДУ: Нет… мы решили, что если продажи в Англии — это проблема, мы должны сконцентрироваться на работе в США. У нас был бизнес-адрес в США уже на протяжении нескольких лет, так как это была необходимость при ведении торговли в другой стране, но мы почувствовали, что лучше всего будет сконцентрироваться на США и находиться там лично. И мы передислоцировались в Нью-Йорк.

СШ: И как всё прошло?

ДУ: К сожалению, не очень хорошо. В начале всё было нормально, но потом кто-то неожиданно сделал что-то, что разрушило бизнес

СШ: Могу я спросить, что случилось?

ДУ: А случилось следующее: наш дистрибьютор разорвал контракт, по совершенно незначительной причине. Это привело к внезапному снижению прибыли, и мы в очередной раз не смогли платить по счетам. Это было уже смертельным ударом, нам пришлось прекратить торговлю ещё раз. Мы остались с невозможностью заплатить печатникам, по счетам, по роялти. Нам пришлось отменять уже запланированные книги. Весь проект был задет. Потому что у нас не было денег, чтобы хранить и транспортировать груз (книги. — Прим. пер.). Тысячи книг были отправлены на переработку, и множество удалены из нашего списка. Отсутствие дистрибуции и продаж равно отсутствию прибыли, всё очень просто. Для меня это был очень важный момент в жизни. Мне пришлось перебраться в страну третьего мира, это был единственный вариант. Все деньги, инвестированные в проект в США, были потеряны.

СШ: И куда вы отправились?

ДУ: Я отправился в Бангкок, потому что несколько моих друзей, которые работали в дипломатической службе, находились там и весьма рекомендовали мне это место. Бангкок действительно выглядел очень интересным городом, и в то время там было очень дёшево жить — из-за курса обмена валют.

СШ: В итоге, вроде бы, всё выправилось? Были ещё какие-то проблемы?

ДУ: В долгосрочной перспективе это позволило мне выжить, да. Но предстояло ещё разбираться с проблемами, оставшимися после провала в США. Очень скоро я понял, какие авторы из тех, с кем я работал, поддерживали меня, а какие были просто наёмниками. Большинство людей поняли, какие у нас были проблемы, и чувствовали себя способными ответить взаимностью на ту поддержку, которую мы оказали их работе. Также я узнал, что некоторые оказались довольно мерзкими, когда мы не смогли заплатить им вовремя, и требовали права на свои книги обратно. Туда входили и те люди, чьи книги мы издавали и поддерживали на протяжении более 10 лет, выплачивая им довольно внушительные суммы денег в течение этих лет. Были и такие, чьи книги появились только потому, что мы их заказали и заплатили за них! Если говорить честно, то это всё вгоняло в тоску, и в то же время было по-нехорошему удивительно, как эти люди, образно говоря, показали своё настоящее лицо, которое было довольно отвратительным. Никто из них даже не удосужился спросить, а были ли у нас какие-либо трудности. Также я узнал, что некоторые из них общались с нами через агентов или иных третьих лиц. Американцы, в частности, думают, что могут запугать тебя и заставить делать то, что им надо, просто наняв юриста, чтобы он составил дурацкое письмо. У большинства из них вообще нет чувства юмора. Это очень странная культура… да, у них ещё есть культура чаевых, что очень странно. Мне это видится как деградирование… если вы попробуете дать кому-то чаевые в Японии, он будет оскорблён, и это правильная реакция.

СШ: А тот, кто был ответственным за развал вашего бизнеса, хоть раз извинился?

ДУ: НЕТ! По моему опыту, многие американцы никогда не извиняются ни за что… я думаю, они пугаются признавать вину. Они живут в постоянном страхе из-за природы их общества. Этот человек так и не сознался и ни разу не извинился… так и оставался анонимом. Пока я терпел финансовые «тяготы и лишения» и брал вину на себя за его действия (смеётся). Грустная история, не правда ли?

СШ: Не скажете нам, кто этот человек?

ДУ: Нет, потому что эта тема тоже под юридическим разбором. Но можно сказать, что у этой истории было несколько положительных результатов в итоге.

СШ: Правда?

ДУ: Ну, всё это заставило меня понять пару вещей. Первое — я выяснил, какие писатели поддерживали, а какие были просто паразитами. И второе — я понял, что бизнесу, чтобы быть неуязвимым для подобного рода ситуации, нужно быть вообще без долгов всё время. Потому с 2005-го и далее мы ни копейки в кредит не принимали ни от кого. Ни от печатников, ни от банка, ни от кого. Потому сейчас у нас нет никаких долгов.

СШ: Это, должно быть, было очень тяжело…

ДУ: Практически невозможно! Построить бизнес с нуля, без кредитов и практически без стартового капитала… это очень тяжело и медленно. К слову сказать, нам пришлось выпускать серии книг ограниченного тиража несколько лет, чтобы выжить. Это был единственный вариант. И было несколько друзей, чья поддержка в то время была бесценной. Но в итоге это всё окупилось… нам удалось сделать небольшой бизнес, который себя окупал и мог продолжать работать, не полагаясь на кредиты или займы.

СШ: Здорово!

ДУ: Да… но, конечно, мы всё ещё страдали от проблемы нескольких хамских авторов. Некоторые вещи никогда не меняются! Но давайте не будем об этом. Достаточно будет сказать, что я наконец-то получил необходимый импульс, чтобы бросить издательское дело, бросить пить и изменить свою жизнь. Что очень здорово.

СШ: Ок… вы всё ещё видитесь с Primal Scream?

ДУ: Да, иногда. Я думаю, последний раз я видел их в Гонконге… до этого в Мельбурне, Токио… у нас получается пересекаться внезапно и общаться некоторое время. Это здорово — видеться со своими друзьями.

СШ: И как Бобби сейчас?

ДУ: Хорошо. Он тоже бросил пить!

СШ: Да, я читала об этом.

ДУ: Любая вечеринка когда-нибудь заканчивается, и всё, что идёт вверх, когда-нибудь должно опуститься…

СШ: Итак, после 25 лет издательского дела у вас есть какие-то новые планы?

ДУ: Хм, давайте посмотрим… я лично создал более 300 защищённых авторским правом интеллектуальных «собственностей», я думаю, права обновляемы, если что… я путешествовал вокруг света несколько раз… я думаю, что пришло время для отдыха!

СШ: Да, действительно. А что насчёт планов на следующий год?

ДУ: Я не знаю. Думаю, я буду искать работу. Но что бы я ни делал в оставшееся у меня время, я более чем уверен, это совершенно неинтересно другим людям. Спасибо!

СШ: Спасибо вам!

(с) funny_undead подробности (текст, покрывающий маску — «Мясокрючное семя» Хэвока)

 

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть