Сюрреалии Вавилона-на-Неве: экранизация повести «Нос» 1963 года

О том, какой стала бы экранизация повести Гоголя «Нос», если бы ее обогатили поэзией Хармса и Хлебникова и нарисовали руками Введенского, если бы тот был художником, мы писали прошлым летом; а вот теперь покопались в кинематографических анналах — и нашли раннюю французскую мульт-экранизацию 1963-го года: форменный анимационный брак Гофмана и Кафки, тревожные черно-белые сюрреалии Вавилона-на-Неве.

По большей части подчеркнуто грубое, местами даже примитивное, изображение вдруг превращается в эдакую гротескную мистерию обыденности: фонарь может начать превращаться в жандарма, но передумать на половине превращения; то ли нетрезвый, то ли заспанны брадобрей в особые моменты действия вдруг начинает не по-человечески ходить, а перемещаться какими-то гипнагогическими рывками; сам Нос облачается в чулки, треуголку и плащ, расшаркивается посреди Казанского Собора с чиновниками и отказывается вернуться на лицо — а, оказавшись в человеческом жилище, открывает в обычной вроде стене форменный портал куда-то в собственную действительность, вход в которую всем, кроме него, заказан.

Фильм сделан в технике игольчатой анимации ее изобретателем Александром Алексеевым и его сподвижницей Клер Паркер, что добавляет ему сновиденности; вместо реплик героев или музыкального сопровождения все время действия звучит импровизация китайского музыканта Hai Minh на вьетнамской цитре. Как ни странно, такой коктейль из русской классики, восточной музыки, французского производства и нового метода анимации от русского мигранта смотрится очень органично.

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть