«Книга Трот» (перевод книги Эдреда Торссона, главы 1 – 10)

От редакции. В преддверии самых темных дней близящегося к завершению года анонсируем новый переводческий проект. Сегодня мы публикуем перевод первых 10 глав (из 30) «Книги Трот» (A Book of Troth) Эдреда Торссона (Стефан Флауерс) — вполне достойный образец современного неоязычества с академическими корнями.

Стефан Эдред Флауерс (Stephen Edred Flowers,1953, псевдоним Эдред Торссон) — американский оккультист, исследователь рун и мистик германского толка, автор более двух десятков книг и сотни опубликованных работ на различным вопросам. 

Флауерс провозгласил «Эзотерическую рунологию» или «Одианизм» (Odianism), оккультную версию германского неоязычества. Флауерс сыграл важную роль в организации движения германских неоязычников в Северной Америке и очень активно участвовал в оккультных организациях Пути Левой Руки. 

В 1972 г. Флауэрс вступил в Церковь Сатаны. 11 ноября 1983 года он основал небольшую группу для изучения темных, скрытых элементов одинизма, названную Орденом Сияющего Трапецоэдрона (The Order of Shining Trapezohedron) и закрытую 13 января 1984 года. ОСТ послужил переходным этапом к участию в Храме Сета, в которой он в настоящее время занимает степень Ipsissimus VI градуса.

Флауэрс, конечно, немного кентавр: имея научную степень и вполне академические работы под псевдонимом он более идеологизированно склоняется к Воле и Северу; есть правый уклон, конечно, но это почти неизбежно. В целом же книга отлично написана, а, учитывая, что германисты почти не представлены на «Катабазии» – этот перевод имеет неплохой потенциал, чтобы внести разнообразие в нашу (мифическую) повестку.

Предисловие к Special Yrmin Edition 2003 года

Кто-то сказал однажды, что у иных книг своя, особенная судьба. Книга Трот одна из таких книг. Впервые увидев свет в 1989 году, она какое-то время была ключевым текстом организации, известной как Кольцо Трот. Затем ее cменил другой текст. Тем не менее, это было первое коммерчески изданное и общедоступное изложение трот или религии наших предков. По этой причине ей и была уготована удивительная судьба. Несколько лет она не выходила, но сейчас книга переработана и издана ограниченным тиражом.

У книги есть своя предыстория. Возникла она из документов, использованных в ритуалах поклонения богам Austin Kindred из AFA (Свободная Ассоциация Асатру), которую возглавлял автор. Соответственно, она изначально писалась не для широкой публики, а как рабочий текст для последователей. В виде манускрипта текст не появлялся влоть до начала 1988 года – после отстранения (временного) Стивена МакНаллена от активного участия в работе Асатру. В книгу весь текст был оформлен издательством Llewellyn Publications, и она появилась у меня на руках 22 ноября 1989 года. По иронии судьбы, чуть позже в тот же день я услышал о смерти Эдвина Уэйда, который многое сделал для Austin Kindred. После выхода особой поддержки издательства книга не получила, да и качество издания оставляло желать много лучшего. Из-за того, что часть листов при печати была вставлена неверно (вследствие невнимательности и простой экономии средств), книга часто успевала распасться еще до того, как благодарный покупатель выносил ее из магазина!

Разумеется, каббалисты, виккане и прочие шизотерики в мечтах лелеят увидеть германскую духовность растоптанной в прах. Это потому, что немецкий путь стал признанной духовной тропой для англоговорящего населения, и сейчас у него есть все возможности вернуть себе былую славу и силу. После нескольких лет отсутствия хоть какой-то коммерческой поддержки книга вновь была издана Llewellyn в марте 1997 года.

Тем временем, значение текста уже успело снизиться, и его, как «официальное руководство» Ring of Troth сменил Наш Трот Квельдульфа Гундарсона. Предложил проект я сам и сам же дал ему имя. Это было сделано потому, что Ring of Troth все больше клонилось в сторону «политкорректности» и надо было с этим считаться – в рядах организации росло число тех, кто скорее согласится с «консенсусом» и текстом, принадлежащим нескольким авторам, а не одному, который за всех знает, куда идти. С этой точки зрения данную книгу можно рассматривать как возвращение к корням, как руководство для последователей Эдреда Торссона. Хотя, естественно, книга сохранила настрой на передачу нашего понимания германской духовности в доступной широкой публике форме. Задумка оказалась успешной, так как весь тираж был распродан. Смею надеяться, что с новым изданием книга привлечет и вдохновит еще больше последователей традиции, как это произошло в конце 1980-х и начале 1990-х годов.

Стоит сказать еще пару слов, чтобы прояснить историю моих взаимоотношений с Ring of Troth. С 1978 по 1983 год я вел в AFA группу Austin Kindred. После этого я почти полностью посвятил себя работе в RuneGild и другим исследованиям, хотя серьезной размолвки с AFA у нас не было. Когда AFA неожиданно свернула работу в ноябре 1987 года, то RuneGild взяла на себя ответственность за новый проект, который сможет поднять и с гордостью нести Знамя Ворона. Считалось, что главный представитель Германского движения в Штатах ушел, не оставив наследника, так как Asatru Alliance еще не появился. На встрече с Джеймсом Чизхольмом, состоявшейся в моем офисе в Waggener Hall в кампусе Техасского университета в Остине, мы заложили административный базис работы, и Джеймс получил на начальные расходы огромную сумму аж в 72 доллара. Так началось то, что мы в то время называли просто «трот». В Материнскую Ночь (Mother Nights) (20 декабря) того же года была проведена работа, формально оформившая Трот как систему. Поэтому вполне логично считать Кольцо Трота творением RuneGild.

Я никогда не думал, что буду связан с руководством Ring of Troth. Ветераны движения по-разному видели мою роль в нем. Одни хотели, чтобы я ушел в тень, другие – чтобы стал публичным лицом организации. В конце концов я принял титул Drighten (кто-то вроде духовного советника) и позднее даже принял участие в составлении образовательного плана Ring of Troth. По вопросу моего участия в делах, которые некоторым членам казались «отвратительными» (имеется в виду членство Флауэрса в Temple of Set и якобы практикуемая им «черная магия» — прим.перев.), противоречия все нарастали. Многим, однако, было невдомек, что никакой значимой административной роли в Ring of Troth я никогда не играл. Я в каком-то смысле даже членом его не был. Я был его духовным отцом, который вручил ему меч, но добиваться с его помощью побед – или поражений – он должен был сам.

В марте 1992 года было решено, что новым Рулевым Ring of Troth вместо Чизхольма станет Prudence Priest. Это решение было принято в основном по совету человека, который позднее возглавит заговор против Prudence в пользу Квельдульфа Гундарсона. Вся эта возня мало меня касалась, так как членом RoT я не был. Но в 1994 году, когда бессмысленная вражда между Квельдульфом и Prudence Priest дошла до предела, каждая из сторон обратилась за поддержкой именно ко мне. Почему? Лично я не находил других причин для этой грызни, кроме сугубо личных расхождений, и выдвинул RoT ультиматум: либо вы признаете меня Drighten, духовным вождем организации, единогласным решением High Rede, либо я ухожу. Была в этом заявлении, конечно, толика блефа. Я не испытывал никакого желания вмешиваться в дела группы и догадывался, что единодушного «за» на High Rede не получу. Поэтому мое сотрудничество с RoT подошло к окончательному финалу 20 марта 1995 года. Что касается Asatru Alliance и Asatru Folk Alliance, возрожденным под руководством МакНаллена осенью 1992 года, моя связь с ними все последующие годы только крепла.

Книга Трот и доныне остается базовым текстом традиции Woodharrow Kindred и не является официальным документом любой другой группы, кроме этой. Она вела и ведет подлинных мужчин и женщин, которые найдут время, внимание и силы прочесть, понять и испытать на себе ее содержимое. Судьба этого текста сбылась лишь отчасти и дальнейшая его участь в руках читателя.

Эдред

Вудхарроу

2 марта 2003 года

Предисловие к первому изданию 1989 года (переработанное)

Над этой книгой я работал десять лет. Впервые присоединившись к Asatru Free Assembly в конце 1970-х, я верил, что они одни из тех, кто сможет возродить и вернуть былую славу нашей древней вере. Но обстоятельства сложились так, что со временем AFA безвременно канула в Лету. Именно в момент кончины организации мне стало ясно, что тысячи страниц заметок, ритуалов, статей, вышедших из-под моего пера в процессе управления местным кланом, должны в конце концов найти свое выражение в Книге Трот. Только так огромный массив информации можно сохранить и использовать для практики и обучения.

Не стоит считать Книгу Трот «священным писанием» или «библией» в привычном смысле слова. Прежде всего она является текстом, основанным на подлинной традиции, информативным руководством к практике древних германских народных верований. Как обширный очерк, описывающий все грани традиции, книга прекрасно подходит для совершения в том числе индивидуальных обрядов.

Трот – прежде всего путь действия и способ активной практики и в меньшей степени набор неких догм, в которые требуется верить. Несмотря на то, что наша система потенциально способна к философским спекуляциям, превосходящим суеверные сказки иудаизма, христианства или ислама, это прежде всего код поведения и набор действий, которые предписано исполнять практикующим традицию.

В этом смысле трот логичнее сравнить с японской народной религией синто. Когда мы смотрим на современную Японию, то замечаем множество вещей, нашей западной цивилизации совершенно чуждых. Но один момент, несомненно, поражает в японцах: они стали одной из самых преуспевающих наций двадцатого века, ни на йоту не сойдя с традиционного пути предков. Они научились адаптироваться к радикально новым ситуациям, не продавая душу экзотическим заморским божкам. Секрет этого феномена прост – боги и богини это бессмертное сердце народа, который, строя свою политику на принципах аутентичности, обретает в них колоссальную силу. Синто – тоже путь действия и совершения обрядов, а не вера в догмы. Мы в асатру или трот желаем идти тем же путем.

Манера, которой писалась эта книга, очень схожа с той, которой я пользовался при написании моих первых трех книг по рунам. Это синтез самых актуальных академических исследований, в которые я был «посвящен» через аспирантские программы по германской филологии с 1976 по 1984 годы, а также результатов практической ритуальной работы и лекций в рамках Austin Kindred от AFA с 1978 по 1983 годы. Ритуальная работа подгоняла науку, а наука поддерживала работу. Результат этого – перед вами и я верю, что книга найдет отклик не только в сердце, но и в уме, и повлечет за собой результаты, которые смогут в равной степени оценить как строгий ученый, так и восторженный мистик. В трот найдется место всему – так было, так есть и так будет!

Введение

Трот состоит из трех частей: одна посвящена базовым знаниям и теории, вторая – основным практикам и ритуальной работе, третья рассказывает, как работать с другими людьми и организациями для того, чтобы помочь возродить древнегерманскую культуру. Читая и изучая эту книгу, важно помнить, что это базовый текст, не претендующий на исчерпывающее и фундаментальное изложение традиции. Он всего лишь призван помочь любому, кто этого желает, начать практиковать подлинную традицию подлинным образом.

Многие из тех, кто серьезно заинтересовался трот, могут пожелать вступить в одну из множества организаций – ответвлений Asatru / Troth. В любом случае, даже если вы не собираетесь этого делать, но серьезно относитесь в изложенным в книге практикам и соблюдаете Великие Благословения Года, вы, бесспорно, являетесь настоящим практиком трот, даже если совершаете почитания богов и обряды в одиночестве.

Первая часть этой книги состоит из 22 кратких глав, посвященных важным для традиции темам. Любая из них может стать предметом для отдельного большого исследования. В данном случае я старался ограничиться базовым начальным уровнем с минимумом рассуждений. К счастью, в рамках нашей достаточно свободной теологии и воззрений на природу реальности есть место для самых разных точек зрения. Недостатком этой в целой удачной системы является то, что не всегда возможно дать четкие и определенные ответы на фундаментальные вопросы; однако всегда, когда имеется обоснованная точка зрения, она будет упомянута и рассмотрена.

Сердце этой книги – ее вторая часть. Трот прежде всего это путь действия, а не веры или поклонения. Соответственно, гораздо важнее то, что делает мужчина или женщина, а не то, соответствуют ли их взгляды какой-то доктрине, в которую они обязаны верить и ее защищать. Значительную часть нашей «работы» возможно совершать в повседневной жизни. Единственное неукоснительное требование к практику трот состоит в обязательном участии или собственном праздновании четырех Великих Благословений Года – Зимней Ночи (Winter Nights), Юла (Yoletide), Пасхи (Easter) и Летнего Солнцестояния.

В целом вот он, фундамент традиции, которому нужно следовать еще до того, как поверишь в него. Слова не имеют значения – важно то, что ты делаешь. Ритуальная работа в трот делает тебя тем, кто ты уже есть. Благодаря данным в книге наставлениям любой человек сможет начать практиковать трот уже сегодня вечером и в одиночку. С ростом вовлеченности в традицию многим из вас, возможно, захочется найти единомышленников, и для этой цели существует множество организаций по всему миру.

В последней части книги мы обсуждаем различные типы организаций, появившиеся за последние десятилетия. Также в третьей части я даю набросок программы обучения, полезный всякому, кто видит себя в будущем «религиозным лидером» общины.

Книга Трот посвящена людям, и я надеюсь с ее помощью зажечь в их сердцах огонь, который, соединившись с пламенем других сердец в Материнскую Ночь, пробудит их ото сна. В эту ночь мы узрим начало нового мира. Эта ночь будет повторяться вновь и вновь. Тогда вернутся великие древние боги, но не для того, чтобы править в тихих незримых углах, но чтобы вернуть себе полную власть над землями всех детей своих. Когда-то мир был настоящим – сделаем же его таким вновь! (Make America great again, ага))

Глава I

Трот

Что такое трот? Сейчас это слово, должно быть, звучит несколько странно, архаично и строго.Оно означает тот истинный путь, который могут обрести те, кто хочет следовать древней тропой северных традиций. Это частичный ответ на вопрос и мы надеемся, что он хотя бы немного кристаллизует идею для тех, кто находит себя подходящим для этих условий, и покажет истинную суть – путь трот это путь наших предков.

Благодаря недостатку знаний о подлинной природе этой традиции мы пришли к тому миру, где живем сейчас – в спровоцированном христианством культе вины, лицемерия и отчуждения. Этот чуждый нам восточный культ во всех своих разнообразных формах привлек к себе огромное число людей, а те, что остались, примкнули к, казалось бы, противоположному – культу рационализма / материализма. Эти вторые отвергают внешние черты христианского культа, при этом беззастенчиво пользуясь его методологией и придерживаясь многих аналогичных целей. Так происходит благодаря тенденции принимать догматичный авторитарный подход, оставшийся нам в наследство от девятнадцатого века. Удивительно, но многие из энтузиастов, стремящихся вернуть нашей традиции былую славу, слепо верят в трактовку нашей мифологии, сформулированную теми «учеными», которые считают предков (своих, между прочим!) недалекими дикарями, которые поклонялись горам и деревьям!

Слово «трот» в основном знакомо нам сейчас благодаря древним брачным обетам – «Я обещаю быть с тобой помолвленным», что также значит «Я вкладываю в тебя мою веру и верность» (I plight my troth to thee). Другую форму того же корня мы находим в прилагательном «истинный» (true), когда кто-то предан чему-то или кому-то. Трот – это религиозный путь, напрямую идущий от предков. Совершенно не нужно пользоваться для описания этого пути словами чужих языков – иврита, греческого, латыни или санскрита – или даже старонорвежского. Нам достаточно с удовольствием пользоваться родным английским. Более того, если мы пользуемся иностранными языками – даже теми, которым мы многим обязаны, вроде исландского – мы лжем сами себе и собственным принципам. Когда мы говорим о трот, мы говорим о религии людей, из чьего языка это слово происходит. В нашем случае это английский, вышедший из германских языков. Когда мы говорим, что тот или иной человек «настоящий» (true), мы имеем в виду, что он верен (пути предков в данном случае). Это также подразумевает, что те, кто «неистинны», просто не равны тем, кто призван на путь.

Чтобы достичь более глубокого понимания того, что все-таки значит «трот», нам следует посмотреть на исландский термин Asatru. Слово это состоит из Asa“то, что относится к богам» и – «tru”, которое обычно переводится как «вера». Но это неверно. Tru происходит от той же корневой основы – deru, благодаря которой появились такие слова, как troth, truth, trust, true в английском. Эта корневая основа – deru относится к чему-то прочному, твердому и устойчивому. Логично поэтому, что слово tree (дерево) тоже происходит из этого корня. Отсюда ясно, что изначально термин относился к чему-то, связанному с «верой», «верованием». Вера это принятие какого-то внешнего авторитета, который обещает нам истину и, возможно, «спасение», от наличия этой веры зависящее. Трот всегда основан на опыте. Некто верит, что солнце завтра взойдет, потому что он наблюдал этот повторяющийся феномен в прошлом. Вещи, в которые предлагают верить такие идеологии как христианство, иудаизм, ислам, марксизм, проверить собственным опытом мы либо не можем либо таким опытом обладают особые уполномоченные лица вроде пасторов, священников, пап, раввинов, имамов, комиссаров и т.д., которым мы должны доверять. «Верить», таким образом, значит получать личный опыт в отношении чего-то. Слово «асатру» поэтому буквально значит «получить опыт веры в независимых богов и предков». Чтобы увидеть новый рассвет, надо лишь посмотреть на Etin-home поутру – чтобы увидеть богов, надо смотреть на них в особые, благословенные моменты священных праздников.

Путей у истинных мужчин и женщин множество. Трот или Асатру предоставляет разнообразие подходов к богам и богиням, поскольку реальностей у этих существ много, как и путей постижения – и все истинны.

Сущность трот состоит в поиске личного опыта постижения богов – подобным же образом, каким мы можем пережить рассвет. Восход солнца это физическое проявление, боги же сущности куда более сложные. Чтобы познать богов и богинь, нужно искать их следы внутри и вне всех миров. Такова задача тех, кто следует древнему пути предков в поисках истины личного опыта. Эта сила всегда позитивна, она течет изнутри, словно из родника. Однажды достигнутые, эти внутренние силы с легкостью справятся с любой внешней агрессией. Непобедимая священная твердыня, воздвигнутая, чтобы пройти бесконечную эволюцию, но не пасть под напором внешних сил. Эту руну Рагнарок, лежащую в последнем ставе, следует постепенно преодолеть всем, кто хочет следовать пути трот.

Глава II

Путь

Трот основан прежде всего на том, что кто-то делает или переживает. Он не базируется на внешнем авторитете любого происхождения. Трот исходит из души народа и глубин личности. Это, разумеется, не означает, что наша традиция абсолютно субъективна или лишена аутентичных стандартов – совсем нет. Но способ, которым мы пользуемся, чтобы прийти к нашему пониманию истины, гораздо сложнее телевизионных проповедей или тех крох смысла, что можно извлечь из историзованной мифологии исчезнувшего народа.

Наше следование пути состоит из трех аспектов вопрошания и наблюдения:

  1. историческая традиция;
  2. наблюдение за миром;
  3. личный опыт.

Историческая традиция включает весь мифологический и исторический материал, касающийся древних германцев и индо-европейцев.

Никакой «Германской Библии» никогда не существовало. Лучшими и самыми полными источниками по древней мифологии следует считать Младшую и Старшую Эдды, но неправильно признавать их «словом богов» в любом доктринальном смысле.

Что касается исторической традиции, она, в свою очередь, состоит из трех факторов:

  1. рационального / научного;
  2. трансперсонального психологического;
  3. персонального / субъективного.

В этих подходах наблюдается определенная иерархия с рациональными основаниями между трансперсональным, расширяющим полученное рациональным путем знание, и субъективным, углубляющим и персонализирующим остальные два.

Также важно представлять себе уровни релевантности исторических свидетельств, наибольшее внимание уделяя самым древним и прямым источникам по германской традиции. Косвенные данные, такие, как сообщения иностранцев (римлян, греков) менее важны. К поздним домыслам, не совпадающим с древними свидетельствами, нужно относиться с еще большей долей скепсиса.

Истолкование и использование этих источников дело достаточно сложное. Именно в этих аспектах, а также в технических деталях празднования Великих Благословений особенно велика роль жрецов. Одним из важных элементов фундамента традиционного мировоззрения является наблюдение за окружающим миром, и это нечто большее, чем банальное и распространенное сейчас «наблюдение за природой». Мы должны взглянуть на то, как окружающий мир вращается вокруг поставленного вопроса. Мы должны спросить себя: «Что говорит нам мир?».

Объективное наблюдение может привести к изменению или эволюции догм традиции. Но чтобы это случилось, оно должно быть обоснованным.

Ну и наконец, нужно принимать во внимание персональный и субъективный факторы, которые особенно коварны. Если вы склонны считать, что ответ на заданный вопрос звучит так-то, но основан он на ваших собственных субъективных ощущениях и размышлениях, склоняющих вас к другому ответу – то идти в этом случае нужно туда, куда ведет вас сердце. Решение таких вопросов всегда остается за вами и нельзя навязывать кому-то свою точку зрения. В конце концов именно вы выбиваетесь из традиции, и бремя доказательств полностью ложится на вас. Также важно понять, что именно вы наблюдаете – непосредственно природу или силу своего эго, проявляющуюся через нее. Древние, должно быть, изрядно преуспели в самокопании по некоторым вопросам, но в силу особенностей обучения, души их были глубоки и сильны, и поэтому их выводы были более валидны, чем соответствующие у душ нетренированных.

В целях демонстрации вышеописанной структуры рассуждений давайте зададимся вопросом, который кому-то может показаться вызывающим: «Следует ли в рамках трот приносить человеческие жертвы?». Фактор 1: Древняя традиция говорит об этом прямо. Оно практиковалось повсеместно, но в жертву приносились только преступники, военнопленные и короли, которые не выполнили своих священных обязанностей. Приносили жертвы обычно короли либо священники. Фактор 2: Сегодня человеческие жертвы не практикуются ни в каком виде. Вместо этого государство (король либо другая верховная власть) профанически приговаривает преступников к смерти, что, по мнению самых «гуманных» тоже неприемлемо. Сейчас в Штатах личная безопасность миллионов людей находится в заложниках у виртуальной криминальной культуры, пока реальные убийцы гуляют на свободе. Фактор 3: Сюда входят в основном ваши личные ощущения, касающиеся какой-то темы после основательного над ней размышления, принимая во внимание традицию и господствующее настроение в обществе. И вы вполне можете прийти к заключению, что в общество, управляемое сакральными законами, вернуть человеческое жертвоприношение просто необходимо. Профаническую (и потому бессмысленную) и относительно редко применяющуюся смертную казнь следует заменить священной формой человеческого жертвоприношения, когда смерть преступника служит духовным целям. Для тех, кто уже одобряет смертную казнь (а сейчас это большинство американцев) все это просто станет освящением профанного акта, что дополнительно заставит задуматься тех, кто против подобной меры наказания.

Нам еще не раз предстоит узнать, что мы как культура не особенно далеко ушли от прошлого – оно просто частично утеряло свою силу, к сожалению, став для многих бессмысленным пережитком.

Глава III

Древняя история

Очевидно, что в трот или асатру мы не просто оживляем древний полузабытый культ. Настоящий трот внутри нас никогда не умирал, просто мы на время забыли о его присутствии. Следовательно, мы никогда не помещали себя в глупую анахроничную позицию типа «раньше наши предки поступали так-то и поэтому, чтобы быть «истинными», нам нужно поступать так же». Подражать надо духу и качеству совершенных ими дел, а не копировать внешнюю форму. По этой причине тщательная историческая реконструкция и исторические исследования в целом, в которые пускаются многие, необязательны, чтобы считаться сейчас подлинным последователем асатру. Их трот подтверждается их делами и тем, как они живут и работают, а не объемом знаний и древней мудрости, которую они накопили в голове.

Одной из главных проблем, стоящих сейчас перед трот, я бы назвал высокий уровень невежества и заблуждений – иногда даже дезинформации – окружающих происхождение и наследие трот. Поэтому настало время для небольшого исторического отступления, чтобы расставить все по местам.

Трот это изначальный, имеющий множество аспектов, религиозный путь германцев или тевтонцев. Почему мы называем его изначальным, станет ясно в последующих главах. Но что мы понимаем под германским? Сегодня это слово окружено определенной негативной аурой – причем объективных предпосылок для этого нет почти никаких.

Прежде всего давайте начнем с того, что большинство людей, читающих сейчас эти строки, по происхождению этнические германцы – англосаксы, немцы (а также австрийцы и швейцарцы), норвежцы, датчане, шведы или исландцы. В большинстве других тоже хватает немецкой крови, будь то ирландцы, шотландцы, французы, итальянцы, испанцы, поляки или чехи. Каждая из этих национальных групп была какое-то время этически ли этнически германизирована. То есть их культурные идеалы и ценности в сущности стали германскими. С появлением английского языка – германского по происхождению – как ведущего мирового языка, и возрождением германских идеалов – конечно, со временем извращенных – в государственном управлении – мы стали свидетелями виртуальной германизации целого мира в течение последних двух веков.

Начиная с 1000 г. до н.э. группа индоевропейских народов, живших там, где сейчас располагается южная Скандинавия и северная Германия, начала отделяться от окружающих индоевропейских и неиндоевропейских народов в лингвистическом, культурном и религиозном отношении. Основной культурный и этнический базис, сформировавший германскую нацию, идет, как считается, с востока – с областей вокруг Каспийского моря или из южнорусских степей. Эта миграция началась около 4000 г. до н.э и длилась предположительно до 1000 г. до н.э, будучи частью крупных индоевропейских миграций, которые в итоге привели к колонизации Малой Азии, Ирана, Индии, Греции, Италии и всей Европы. Эти индоевропейцы разделяли общее лингвистическое, культурное и религиозное наследие, но, все больше отдаляясь со временем друг от друга, развивали уникальные характеристики своих языков, культур и религий. Но каждый народ, тем не менее, связывали общие древние корни. Когда в северной Европе процесс дифференциации достиг определенной точки, уже можно было говорить о появлении собственно германцев.

Это всегда была религия людей, сохранявших самые древние традиции, поэтому в троте германцев мы наиболее отчетливо видим следы древнего индоевропейского наследия. Сущностью трот была и есть поддержка связи и верности между богами и богинями, которые наделяют нас дарами знания, мудрости, доблести, силы, изобилия, наслаждений и человечности и позволяют длить существование самих богов. Все посвящено общей цели поддержания и, где возможно, расширения сферы действия божественного сознания, протекающей через миры. Трот развивался веками, будучи определен той культурой, частью которой он являлся. Без внешнего вмешательства этот процесс продолжался бы до сих пор, и мы поклонялись бы великим богам и богиням наших предков – точно также, как сейчас индусы поклоняются своим древним богам.

Подобное вмешательство в наше самоопределение произошло в форме странного «культа с востока» – того, что называется христианством. Сегодня крайне странно слышать вопли ужаса от христиан, что наша культура, дескать, захвачена «восточными культами» – в то время, как они сами представляют именно такой культ. По иронии судьбы, многие завезенные из Индии «культы» являются более «западными», чем христианство, так как они тесно связаны с нашим природным религиозным наследием. В конце концов у Веды и Эдды общее происхождение, а Тора и ее еретические приложения (так называемый Новый Завет, Коран и т.д) вообще, похоже, с другой планеты.

Но различными способами – под еретическим камуфляжем, с помощью военной силы, заговоров и экономического принуждения – культурная агрессия бледных армий Христа покорила не только родственные греческие, римские, галльские, гэльские и бретонские народы, но в итоге добралась и до германских земель. Большой хоф (языческий храм -прим.перев.) в Уппсале пал последним в 1100 году. Германия сама пала под христианским нажимом последней и первая в свое время сбросила папский контроль католического Рима.

Стоит хотя бы на миг вспомнить, сколько крови наших предков пролилось в сопротивлении этой чудовищной силе. В первую очередь надо иметь в виду, что одно из наших достоинств стал одновременно одним из наших «слабых мест» – а именно внутреннее чувство терпимости к другим и интерес к экзотическим иным культурам. Вполне достаточно сказать, что ни одна другая нация не путешествовала так активно по миру – как исследователи, завоеватели, колонизаторы – а сейчас как туристы. Такая позиция, несомненно, дает нам мощный источник силы, но важно осознавать ее прежде всего как ценное качество, а не как обязанность. Обязанностью она становится тогда, когда те, кто терпимо и с интересом относится к иным культурам, встречаются с теми, кто одержим ксенофобией. Когда древний германец встречал христианина, ему, скорее всего, было бы интересно послушать, что тот скажет – не подозревая, что тот прежде всего попытается обратить его в свою веру. Такая ситуация давала христианину большое преимущество – потому что план его состоял в том, чтобы сбить своего собеседника с традиционного пути. Что поделать, такова уж сущность христианства.

Если бы дело было только в противостоянии толерантности и даже наивности коварству, силы древней традиции выдержали бы вторжение убогих солдат Христа. Но все обстояло куда сложнее.

Чтобы проиллюстрировать четыре типа подобных трудностей, следует вспомнить обстоятельства обращения в христианскую веру четырех групп германцев. Готов, которые пали под напором заманчивой христианской ереси, франков, которые хитроумно заключили союз с христианами, саксонцев, которые были завоеваны франками и обращены, а также исландцев, которые, как всегда, медленно проседали под внешним социо-экономическим давлением истеблишмента европейского континента.

Готы были обращены в христианство в четвертом веке человеком, известном как Епископ Вульфила (или Ульфилас) – который ранее был взят в плен римлянами и ими же крешен. Однако форма христианства, в которую был посвящен Ульфилас, была не римской ортодоксией, а так называемой арианской ересью. Эта теологическая вариация была гораздо более логичной, прямой и человечной, чем ортодоксия. Согласно ей «отец», «сын» и «святой дух» на самом деле составляли три отдельных сущности, и что Иисус был обычным человеком, который по своей воле обрел божественный статус; кроме того, все человечество согласно арианству не было «испорчено» первородным грехом Адама и Евы. Все это сильно противоречит классической доктрине, которой придерживаются как католики, так и православные и большинство протестантов – три лика Троицы едины, люди рождаются с отделяющим их от Бога первородным грехом, и что лишь благодать Божья (а никак не собственная воля) могут «спасти» человека. Поэтому готская или арианская церковь действительно была логичнее и человечнее. Именно к этой форме христианства пришли многие германские народы – остготы, вестготы, бургундцы, вандалы и другие. В отношении этой веры важно понимать одну вещь – она была по сути строго германской. Библия была однажды переведена на готский, и это убедительно доказывает то, чем было готское христианство – а именно трот с наложенными на него христианскими символами и мифологией. В любом случае, это был колоссальный шаг к руинам трота. Христианству повезло: оно вышло на мировую культурную арену в славном месте.

Готская церковь, естественно, была предана анафеме и уничтожена. Готы доминировали над всей западной Римской империей с 410 года (когда вестготы разграбили Рим) до конца Готских войн в 553 году, и Папа постоянно плел против них интриги. Его естественными союзниками были франки, которые были военными и культурными соперниками готов. Король франков был обращен в христианство в 496 году под влиянием своей жены – католички. Франки и католики образовали военно-финансовый альянс. С этого момента франки стали солдатами Папы, покоряя своих германских соседей, понуждая их не просто обращаться в чуждую веру, но также принимать политический строй, совершенно чуждый их естественным различиям. Этот политико-религиозный альянс работал на благо обеих сторон, и в принципе мало чем отличался от того, как мелкие полководцы и картонные диктаторы 20 века увеличивали свою власть, заключая идеологические союзы одновременно с Вашингтоном и Москвой, служившие их военным и финансовым целям.

На протяжении следующих нескольких веков франки применяли комбинацию военной тактики и «подрывной» миссионерской деятельности, чтобы ослабить и уничтожить древние традиции германских соседей. Один из самых характерных эпизодов произошел, когда миссионеры достигли территории нынешней Голландии. Около 696 года христианский миссионер Виллиброд попытался обратить короля фризов Радбода. Перед тем, как креститься, Радбод спросил, если он умрет, то окажется ли вместе со своими предками, великими фризскими королями. Священник ему ответил, что предки его будут гореть в Аду, потому что они не знали Христа, он же окажется на небесах по правую руку от Господа. На что Радбод ответил, что лучше он будет гореть в Аду вместе с предками, чем сидеть на небесах с кучкой нищих!

В правление Карла Великого – или Шарлеманя – были предприняты самые прямые формы военных завоеваний как способа обратить народ в христианство. С 772 по 804 годы Карл вел войну против саксонцев. В 782 году в Вердене франки совершили акт геноцида против саксонской верхушки – истинных этелингов – когда было уничтожено 4.500 человек только за то, что они отказались поклониться закону Христа. Несмотря на то, что подрыв не удался, у христиан всегда были наготове еще более убедительные аргументы.

Когда часть саксонцев была формально обращена в христианство, их принудили принести при крещении обеты, которые, в частности, включали следующие строки.

Отрекаешься ли ты от дьяволов?

(ответ): Да, я отрекаюсь от дьяволов!

И всех приношений дьяволам?

(ответ) : И всех приношений дьяволам!

И всех работ дьявольских?

(ответ): И я отрекаюсь от всех работ и слов дьяволов и Тунара и Водена и Сакснота и всех их приспешников.

В троте есть церемония обращения вспять этого обряда. Дело наших благородных предков не забыто – почему, станет ясно из главы 28.

Когда христианство захватило основные экономические центры в Европе, Скандинавия была захвачена подобными же средствами – диверсиями и завоеваниями. Не было ничего необычного в такой тактике христианских «миссий», когда перед ними шли банды головорезов, уничтожавшие местную элиту, чтобы к моменту, когда доблестные христианские воины прибудут на эти земли, они не встретили бы серьезного интеллектуального сопротивления.

В так называемую «Эпоху Викингов» христианам иногда запрещалось торговать с язычниками – северянами, пока те не будут обращены. Это значило, что язычники хоть и не были крещены, их готовили к этому акту. Финальным следствием такой политики стало экономическое удушение Севера. Особенно остро это ощущалось в Исландии, которая серьезно зависела от торговли. Именно экономическим факторам больше, чем чему-либо иному, мы обязаны принятием христианства в Исландии на законодательном уровне в 1000 году. Чтобы у нас не сложилось впечатления, что христианство было принято искренне, надо сказать, что даже после «обращения» трот продолжали втайне практиковать.

За подробностями того, как христианство было смешано с язычеством, а язычество в свою очередь с христианством, я отсылаю читателя к важной работе Джеймса Расселла Германизация раннесредневекового христианства.

Для нас сегодня важно понимать и помнить, что наших предков так или иначе принуждали принимать чуждый им восточный культ. Христианство никогда не было исконной религией нашей земли и нашего народа. В текущую эпоху острого духовного кризиса у искателя есть два выхода – цепляться за тонущее суденышко христианства и подобных ему культов, навязанных нам несколько столетий назад, или вернуться к древней вере. Возвращаясь к трот, мы пробуждаем уже однажды работавшую систему, ту, что доказала свою силу веками. Отвергая же христианство, мы в первую очередь отбрасываем систему хилую и недееспособную. Сам факт того, что вы читаете сейчас эти строки, доказывает мою правоту.

Часть IV

Новейшая история

Возможно, это многих шокирует, но на севере христианство никогда так и не закрепилось. Обращение северных земель характеризовалось самыми лицемерными и двуличными методами, на которые христиане были способны, а процесс в целом не отличался особым качеством. После того, как север был номинально обращен, он оказался предоставлен сам себе больше, чем любая иная страна. Результатом стала слабая, анемичная форма христианства – семена грядущего падения культа были заложены уже в то время. Чтобы быть объективными, надо ясно понимать, что северные европейские страны и их колонии (Америка, Австралия, Южная Африка) христианскими были лишь формально. Мы ждали лишь окончательного понимания этого и последующего возвращения народов к исконной вере.

Период между «обращением» народа и его возвращением к духовным корням называется периодом двоеверия. Это общий принцип, характерный не только для германцев. Что в нашем случае делает его особенно очевидным, так это то, что мы были обращены последними (и слабее всего) и одними из первых сбросили иго креста.

В латинском мире первые шаги к возвращению старой веры назывались Ренессансом – «возрождением». Это был великий, хотя во многом незрелый революционный поворот к дохристианским ценностям в философии и науке. Религиозное возрождение, в некоторых аспектах подлинное, в целом было слабо. Семена двоеверия также остались в кельтских странах: Ирландии, Шотландии и Уэльсе.

Среди германских земель история периода двоеверия сильно разнилась, идя, впрочем, схожими путями. В Англии, Германии и Скандинавии культурная жизнь этелингов и аристократов оставалась бастионом традиционных ценностей, а в деревнях местное население продолжало практиковать обычаи дней минувших.

В Скандинавии, особенно в отдаленных частях Норвегии и Швеции, как и по всей Исландии, открытому проведению языческих обрядов почти не препятствовали. Увечных детей, а также тех, кого родители были не в состоянии прокормить, по-прежнему оставляли в лесу (иногда даже на церковном дворе), кроме того, практиковались частные языческие жертвоприношения. Многие священники были теми же самыми людьми, что так искренне защищали языческие традиции – пусть подчас завуалированным образом. В Исландии они с энтузиазмом собирали языческие предания, а иногда вообще впервые их записывали – сохраняя тем самым для потомков. Исландские книжники записывали сказания очень внимательно, сопровождая записи комментариями вроде «мы больше не верим в это». Но важно было не это, а то, что они записывали легенды, не искажая и не уничтожая их.

Важно отметить пути, по которым смешивалась религия. Если мы хотим «развести» их, тогда разные группы индивидуумов должны следовать разными путями. В самой религии очень заметны следы смешения. Целые армии католических святых были не более чем языческими богами и богинями в христианском облачении. Это в сочетании с «культом святых» позволило язычеству продолжить существование под эгидой церкви. Примерами этого могут служить Св.Мартин и Св. Михаил (оба символизировавшие Тунара) или Св.Освальд, очевидно представлявший канонизированного Водана. «Христианизированы» оказались не только легенды, но также ритуалы и храмы. Когда Августин столкнулся с проблемами в обращении Англии в седьмом веке, он написал Папе Григорию, спрашивая совета. Люди продолжали ходить в языческие храмы, даже когда их сжигали дотла сторонники бога любви. Папа дал классический христианский ответ, сказав, чтобы Августин строил на месте языческих христианские храмы, что позволяло собирать народ там, «где он этого и хотел». Это лишь общий пример того, что было сделано с праздниками и священными днями.

Название праздника Пасхи (Easter) было напрямую заимствовано из имени германской богини весны Eostre в Германии, известной как Остара. Название посвященного ей праздника настолько глубоко было укоренено в душе народа, что никакое христианство не могло вытравить его оттуда – так до сих пор и осталось. В Германии период рождественских праздников известен как Weihnachten, что буквально означает «священные (weih) ночи». У этого названия много важных значений. Во-первых, старинное слово weih выражает особую форму «священного» – в частности, ужасную и потрясающую мощь божественного. Важно отметить, что это множественная форма слова, отсылающая к двенадцати ночам Йоля. И наконец, то что в названии фигурируют именно «ночи», а не «дни», означает, что праздник очень древний.

Не нужно слушать библейских лжецов, чтобы понять, что «рождественское дерево» на самом деле древний языческий обычай. Корни его уходят в традицию складывать подарки под священное вечнозеленое дерево в лесу, посвященное дисам и альвам, которые весь Йоль очень близки к миру людей. Само дерево обычно украшалось свяшенными символами (часто сделанными из теста или хлеба) и ярко освещалось свечами, чтобы привлечь внимание разных существ. Когда церковные авторитеты достигли достаточной силы, они попытались запретить этот обычай, что привело к тому, что народ просто брал дерево из леса и продолжал совершать практику дома. Разумеется, время шло и постепенно люди начали забывать, зачем они делают это. Но с чистой мудростью детства дети и подростки знали, что правильно оставлять какие-то дары (например, молоко и печенье) веселым альвам, которые спускаются по дымоходу – потому что, одаривая кого-то, ты надеешься на ответный дар (Да, так и есть, «Санта Клаус» – не христианская выдумка!»).

Исторически областью, откуда язычество никогда не уходило, были магия и колдовство. Так было оттого, что эти занятия были объявлены церковью незаконными, поэтому этим знаниям позволялось быть языческими, чего их приверженцам и хотелось. Также из-за того, что церковь признала эти практики «дьявольскими», значительная часть древнего языческого наследия также была объявлена дьявольской.

Влияние, однако, сказывалось не только в области религии. Поскольку в былые времена наши предки не проводили жесткого и искусственного (однако, к сожалению, все еще необходимого) разделения между религией и «политикой», и из-за того, что трот воплощался в повседневной жизни и обычаях (а не был, как это часто случается, «религией на выходные»), включая в себя элементы политической, обыденной, «буквальной» и материальной культуры, тоже многое говорит нам о сущности этого периода.

В области того, что мы сегодня обобщенно называем «политикой», определенные аспекты сакральной ответственности короля и прав аристократии были напрямую унаследованы из древней германской системы. Германский король, хотя часто и воспринимался как имеющий божественное происхождение с соответствующими священными функциями, не был всемогушим деспотом. Он правил по своей воле и выбирали его этелинги – аристократия народа. Когда он более не мог исполнять свои обязанности, его смещали. Эта идея отдаленно похожа на христианскую концепцию «божественной власти» короля.

Даже наш закон сегодня основан на германских космических принципах. Так называемое английское Общее Право было заимствовано у англосаксонских племенных законов. Право это базировалось на прецеденте – что произошло раз, произойдет и второй, и в сущности это право было более чем законом. (В главе 19 мы узнаем, как оно было связано с германскими концепциями всеобщего космического закона).

Оглянувшись назад, на политические реалии древнегерманского мира, мы увидим, что у них крайне мало общего с нашими «современными» идеями, которые можно найти в средневековом праве или поздних христианских идеях политического порядка – основанных на сверхъестественном принуждении.

В течение периода двоеверия некоторые аспекты повседневной жизни были подвергнуты атаке со стороны христианства. В далеком языческом прошлом германцы назвали некоторые дни недели в честь самых значимых богов и богинь. В английском прекрасно сохранились эти названия – Tues-Day (День Тиу), Wednes-Day (День Вотана), Thurs-Day (День Тунара), Fri-Day (День Фригг). Христиане, естественно, пытались вычеркнуть эти имена из памяти народа, но из-за глубокой силы этих имен им это не удалось. В Германии, например, можно видеть, как христианам частично удалось отменить их – Wodesdag переименовали в Mittwoch (Mid-Week). Так случилось потому, что имя Вотана, высшего из богов, Все-Отца, бога магии, искусства скальдов и смерти, было табуировано и людям было запрещено даже произносить его вслух!

Многие другие языческие традиции выдержали испытание временем – как и названия дней недели. Сельская местность в германских землях всегда оставалась оплотом древних традиций, многие из которых сегодня понимаются неверно или трактуются по-иному, чтобы сгладить острые углы. Все, начиная от форм и названий выпечки и хлеба до украшений домов и домашней утвари – все было наполнено языческим духом! В этом не было ничего уникального и то же самое можно было сказать о кельских, италийских и славянских областях. Но благодарение богам, что мы имеем древний архаический материал германских земель, который позволяет нам сравнить то, что происходит в сохранившихся народных обычаях, с древними обычаями высокой религии. Семена остались, ожидая лишь воды, которая оживит их.

Множество из так называемых «сказок» или народных легенд, которые мы часто читаем детям, содержит в зачаточной форме семена древней мудрости. Она сохранилась, уйдя под маской невинной выдумки в «подполье». Поэтому христианство в основном игнорировало фольклор, поскольку, по его мнению, никакой опасности эти сказки не представляли. Это был один из потоков действия, который шел параллельно тому, где высокие языческие идеалы были включены в предположительно христианские истории и обычаи. Между этими двумя тенденциями удалось выжить душе нашего народа – и почти неповрежденной. Также эти процесы сочетались с сохранением актуальных мифических текстов и тем, что наши предки похоронили свою культуру в земле, чтобы наследники, жаждущие узнать о своем языческом прошлом, нашли ее и возродили тем самым то, что в противном случае оказалось бы утерянным. Сеть судьбы сработала нам во благо!

Учитывая все это, неудивительно, что возвращения германского духа пришлось ждать недолго, по историческим меркам, конечно. Но с момента первых попыток его пробуждения нам пришлось пройти долгий путь. Но это было неизбежно.

Первая явная попытка начать Германское Возрождение, логичная, хотя и несколько ироничная, была предпринята в Швеции в середине 1500-х годов. Центром шведской власти в то время была Уппсала, где последний языческий храм был разрушен в 1100 году. Через три с половиной столетия после этого был воздвигнут новый – как минимум духовный – на том же месте. Движение, ответственное за это возрождение, сегодня известно под шведским термином «сторготицизм» или Великий Готицизм. А человеком, принимавшим в нем самое активное участие, также по иронии судьбы был последний католический архиепископ Уппсалы Иоганнес Магнус, дело которого продолжил Иоганнес Буреус, наставник великого шведского короля Густава Адольфа. Буреус фактически стал верховныи жрецом возрожденной германской религии с центром в Уппсале. Появление этой возрожденной национальной религии, ставшей важным фактором шведского разрыва с католической Европой и растущего протестантского движения с королем во главе государства и церкви, также оказалось существенным для восстановления древних традиций. Но при всех своих благих намерениях сторготицизм был смесью германских идей с иудаизмом и христианством. Что в нем было более важно, так это идея, что истинным путем Швеции был непосредственно шведский (в их терминах готский) путь – а не универсальный христианский.

Буреус, кроме ученого, был еще и мистиком, и тот факт, что один из отцов осознанного возрождения древней веры был ученым и националистом, имеет большое значение. Благодаря ему были заложены основания германского романтического национализма, а соответственно и германского Возрождения. Романтизм, расцветший в конце XVIII и начале XIX веков был международным движением, для которого было характерно ощущение возврата внутрь, к себе, с целью глубокого постижения реальности и стины. Движение это было субъективной реакцией на объективистский подход так называемого «классицизма». Применимо к нациям, а не отдельным людям, это обращение к себе привело к глубокому интересу к национальным традициям и народным верованиям – к корням народа.

Среди шведов эта тенденция проявилась с особенной силой. В начале 1800-х годов были основаны две серьезные организации The Gotiska Forbund и The Manhemsforbund, обе посвященные возрождению национального духа, основанного на древних германских ценностях.

С глубоким интеллектуальным энтузиазмом этот дух был воспринят германцами, которые начали замечать, что и у них тоже, а не только у греков и римлян, есть великие национальные традиции. Ученые и художники стали обращать свое внимание на национальное наследие. Но из-за того, что значительная его часть планомерно уничтожалась на протяжении почти тысячи лет, потребовались значтельные усилия. Сопротивление стало тем точильным камнем, о который мы могли заточить клинок Тиу.

Самым важным показателем нового романтического духа, как и будущего Германского Возрождения, стало творчество братьев Гримм, Якоба и Вильгельма. Якоб Гримм стал родоначальником академической сравнительной лингвистики (именно он сформулировал базовое лингвистическое правило, демонстрирующее органическую взаимосвязь германского и других индоевропейских языков), сравнительного религиоведения и мифологии, а также изучения фольклора. В ходе полевых исследований Гриммы собрали много материала так называемых Marchen, сказок, изучая забытые народные традиции. Во всех своих работах они надеялись пробудить национальный дух германцев и вернуть его на законное место.

Все это возвращает нас к одному важному моменту. Древняя традиция не может умереть. Она, подобно Спящей Красавице, пребывает под воздействием сонных чар, ожидая благородного пробуждения. В отдаленных регионах германских земель традиции продолжали сохраняться в сказках и легендах. Позднее эти традиции стали предметом изучения и прояснения со стороны ученого сообщества. Мы видим, таким образом, что старые мудрые женщины далеких селений и ученые академики – обе стороны работают, воздвигая столп Германского Ренессанса.

Интерес к национальным традициям возник не только среди ученых. Художники и творцы также обратили свое внимание на забытую культуру народа, создавая работы, отражающие новое течение «германицизма» (этот термин кажется нам более уместным, чем «романтизм»). Самой крупной фигурой здесь по оказанному влиянию следует назвать Рихарда Вагнера. В конце 1800-х личностное видение Вагнером германского прошлого (как древнего – в цикле о Кольце Нибелунгов) и средневекового (в Цикле Грааля) стало мифическим основанием для многих германских романтиков. Впрочем, персонажи Вагнера в основном плод его художественного гения, а не пересказ древних мифов.

В начале двадцатого века была заложена прочная база для исследований на академическом художественном поле, а также в области популярной культуры. Особенно в Германии, но также в Англии и Скандинавии, расцвело множество групп с германскими корнями. Движение это было одним из многих, аппелировавших к возвращению к корням, появлявшихся со всех сторон политического спектра.

В Германии оно приняло поистине массовые масштабы под общим названием Deutschbewegung (Германское Движение), члены которого исчислялись миллионами. В то же время в Австрии и Германии существовало движение Armanen – руническо-мистическое течение, выросшее из работ венского мистика Гвидо фон Листа. В 1914 году был даже выпущен список книг и журналов, которые помогали разобраться в лабиринте этих идей. Занял он тридцать три страницы.

В Англии молодежные движения и движения за социальные реформы всех видов тоже базировались на германских принципах. Немногие знают, что бойскауты изначально были частью общего движения за восстановление древних англосаксонских ценностей и традиций – и что в конце концов эти цели были подорваны силами церкви и правительства. Поскольку это было экзотично и мало что имело общего с реальностью, его можно было использовать как инструмент, вместивший в себя все формы абсурда. Когда кто-то фокусирует внимание на традициях собственных предков, за этим могут последовать все виды опасных для церкви и государства последствий. Несколько лет назад датские бойскауты начали экспериментировать с традициями викингов, строя драккары и занимаясь тому подобными вещами. Эту тему международный центр бойскаутов тут же прикрыл, потому что такие занятия способствовали подъему скорее национальных, чем глобалистских настроений в обществе.

Самые громкие голоса за германское возрождение звучали, конечно, в Германии. В вышеупомянутом списке книг важно отметить дату его появления – перед Первой Мировой войной. Ревизионисты настаивали, что сильное желание вернуть героическое германское прошлое было результатом «поражения» в Великой Войне. Однако факты говорят о том, что на момент начала войны Германское Движение уже было сильным и разнообразным. Поражение лишь усилило эти настроения, потому что немцы искали радикального решения своих проблем.

В общем и целом верно то, что национал-социалистическое политическое движение имело много общего с Германским Движением, и с обеих сторон имели место попытки использовать друг друга в своих целях. Нацистская верхушка, в частности Гитлер и Гиммлер, как и множество их последователей, были продуктом эпохи, когда были взяты за идеал традиционные германские ценности и добродетели (часто неверно понятые). Хотя нацисты использовали в качестве средств манипуляции древние символы свастики и руны, однако сами эти символы также манипулировали ими. В любом случае, когда национал-социалисты пришли к власти, они начали систематически подавлять Германское Движение. Но из-за того, что нацисты в своей пропаганде активно пользовались германской символикой и риторикой, границы между древностью, Германским Возрождением и национал-социализмом оказались по меньшей мере размытыми. К сожалению, этот факт часто забывается современными сторонниками Возрождения.

Несомненно, нацистский эпизод отбросил Германское Возрождение по меньшей мере лет на сто назад. Те люди, что хотят увидеть подлинное возрождение традиций предков, должны взглянуть на нацизм без иллюзий – как на вдохновленное христианством массовое милитаристское безумие, которое привело к бессмысленному торможению прогресса. Другими словами, нацисты были лучшими друзьями, каких только могла пожелать себе церковь!

После Второй Мировой на изучение германского наследия было наложено табу (результаты этого ощущаются на всех уровнях современного общества, как в академических, так и в «нео-языческих» кругах). И только спустя двадцать с лишним лет после войны Германское Возрождение начинает медленно возвращаться в область здравого смысла. Поверженный гигант был на волосок от окончательного нокаута. Пора наконец стряхнуть с него паутину!

В Северной Америке, Англии, Исландии и Германии возобновление процесса возрождения получило второе дыхание в начале 1970-х. В Исландии Asatruarmenn под руководством allsherjagodi (духовный советник-прим.перев.) поэта Свейнбьорна Бейнтенссона возродили старую веру и добились ее официального признания. В Германии подобные организации тоже значительно преуспели. В Северной Америке Стивеном МакНалленом была основана Asatru Free Assembly (AFA), она боролась за весь спектр северного религиозного опыта. Другие группы в Северной Америке также стремились дать выход различным формам Северного Пути. В Англии восстановление Odinic Rite произошло под талантливым руководством Джона Йовелла. В 70-х и 80-х годах Odinic Rite представлял одновременно лучшую и самую яркую из организаций, борющихся за Германское Возрождение.

В Северной Америке знамя подлинного северного пути, как считалось, принадлежало AFA, на которую возлагались большие надежды в отношении конечного объединения различных групп, следующих путем древних. Тем не менее, по мере роста и усложнения организации ее лидеры столкнулись с крупными внутренними проблемами, и в конце 1987 года она была распущена, дав начало Ring of Troth. Упавшее знамя должен был кто-то вновь поднять, и именно это и попытались сделать основатели и первые лидеры RoT. Примерно в это же время на руинах AFA был основан Asatru Alliance, и между ним и RoT какое-то время шли серьезные трения. В соответствии с идеями основателей, RoT должен был стать местом обучения и «лицензирования» жрецов – так называемых Старших. Первое время RoT также воздерживалась от открытых заявлений, касающихся расовых, сексуальных вопросов и других. Со временем автора этой книги руководство RoT все больше задвигало на второй план, почему он в итоге от нее почти отрекся. Похоже, что дверь к «толерантности» дала опасную трещину, к чему также приложила руку доминирующая популярная культура, и RoT превратилась в «политкорректную» версию трот. После такого поворота событий AA продолжил развиваться и усложняться, и в конце концов в начале 1990-х МакНаллен вернулся к форме AFA – в данный момент известную как Asatru Folk Assembly.

Больше о различных типах организаций, с которыми вы можете столкнуться в соответствующих течениях, я пишу в главе 30.

Хотя RoT, для которого этот текст и был изначально создан, на первый взгляд может показаться провальным проектом, при общем взгляде его можно считать успешным. До того, как эта книга была издана, о возрождении пути предков знали единицы – однако после выхода с начала 1990-х организации и отдельные личности стали множиться со скоростью лесного пожара, демонстрируя весь спектр философского понимания темы. Новые группы возникали и уходили, реформируясь и изменяя мир вокруг, и нет никакой возможности перечислить их все. Но мы надеемся, что среди критической массы людей и групп, работающих в рамках путей древних, эта книга с ее идеями послужит катализатором и сможет поднять на новый уровень германскую культуру и в новом столетии.

Глава V

Образ мира

Помню девять миров
и девять корней
и древо предела
еще не проросшее.

(Прорицание Вёльвы, стих 2)

У каждой религии есть образ мира: как он возник, что истинно, а что нет и так далее. Этими вопросами озабочены не только праздные мистики. Если вы сомневаетесь, взгляните на то, как вопросы космологии влияют на политические дебаты современной западной демократии типа Соединенных Штатов. Вопросы «образования», креационизма против теории эволюции, прав женщин, иудео-христианских космологических мифов о том, как возник мир и населяющие его существа и каковы их правильные формы в беспокойном современном обществе. Сдвинув вектор нашего мировоззрения, нашей космологии, мы сдвинем весь вектор наших дебатов, а следовательно, изменим мир. Позже мы вернемся к этим вопросам, но прямо сейчас перед нами стоит важный вопрос, сформулированный Ганглери в Младшей Эдде »Что было в начале всего?».

Человек северного пути может, прочтя сохранившиеся древние тексты, узнать, как, согласно Старшей и Младшей Эдде, возник мир, а также встретить намеки на те же идеи в других источниках. Я бы рекомендовал всем прочесть и поразмышлять над этими текстами, потому что они обогатят каждого бесценной мудростью. Но прежде чем подступиться к родникам мудрости и зачерпнуть бегущей воды, нам следует уяснить общую схему космологии древних.

В начале, как следует из всех источников, существовало огромное пространство, заполненное неупорядоченными силами и формами – на старонорвежском оно именовалось Ginnunga-gap, то есть пространство (gap), заполненное нуминозной силой (ginnunga). Часть ginn- в этом слове та же, что и в английском be-ginning. Это не «пустота», как обычно считается, это, скорее, средоточие жизни в ожидании процесса изменения и формирования.

Затем в этом изначальном пространстве произошло разделение. Часть хаотических субстанций разделилась на два полюса, огонь и лед, или огонь и воду, которая стала льдом. Между ними возникла сила притяжения. Все больше сближаясь, своих различий они не утеряли, они, скорее, усилились, поэтому, когда эти субстанции встретились в середине, случился огромный выброс силы. Поэты описывают этот процесс одним языком, мистики другим, а современные ученые третьим. Но все говорят об одном и том же: о безличном процессе формирования космического порядка из полярных масс энергии. Язык описания его может отличаться, но это неизменный и истинный способ смотреть на происхождение мира.

После завершения первой стадии кристаллизации начали формироваться различные сущности или особые функции внутри космоса. И здесь опять произошло разделение на двух протозооморфов – космическую корову Аудумлу и произошедшую от Имира Бестлу. Так в космосе родилась возможность истинного сознания. Опять же здесь миф может выглядеть сложным и даже озадачивающим, но важно понять то, что боги произошли из синтеза противоположных потоков на органическом уровне, точно так же, как базовый материал космоса возник как синтез этих потоков на механическом уровне. То, что мы видим снова и снова – изображение скрытых паттернов, проявляющихся через процесс разделения между двумя полярностями, и их синтез на общем основании. Это сочетание мысли и действия – самый существенный фактор германского мышления.

Боги – Асы – то есть силы сознания, дополнили или по меньшей мере продолжили процесс творения космоса. (Надо отметить, что мы специально избегаем употреблять термин «творение», как создание чего-то из пустоты, который непривычен германскому мышлению, во всяком случае, того периода. Творение ex nihilo относится, как правило, к христианской космологии. Убив великана Имира, эти боги совершили первый акт жертвоприношения, и из частей его космического тела создали упоряденную вселенную. Боги создали девять миров, расположенных по схеме космического древа Иггдрасиля. Так возникли эти девять миров или уровней бытия и бесконечные множественности между ними. В этих измерениях существовали боги, богини и все существа всех миров. Космос, по определению, незавершен. Боги продолжают работать над ним, и главные помощники им в этом деле – люди пути из Мидгарда. Отсюда ясно, что вместе с идеей компромисса между двумя полярностями есть и более сложный паттерн бытия, упорядоченный девятиричным циклом. Это бесконечный цикл трансформации, управляемый вечным возвращением истины к самой себе. Опять же все это может звучать мистически, однако и не лишено приземленного здравого смысла. Как еще объяснить тот странный факт, что вы читаете эти строки.

Какова во всем этом роль человечества? Что есть человечество? Мало что может быть важнее этих вопросов, ведь мы в конце концов люди, мужчины и женщины. Человеческие существа были созданы богами Одином, Вили и Ве из деревянных колод – мужчина из ясеня, женщина из вяза. Поэтому каждый человек несет в себе микрокосм, который соотносится с макрокосмом. Люди были созданы из того же материала, что и боги, и боги посеяли в человечестве семена божественности, отчего человеческая раса и боги связаны неразрывными узами и у нас одна судьба.

Если знакомиться с германской мифологией с открытым умом и сердцем, то послание ее предельно ясно. Описываемые «события» управлялись сочетанием естественных процессов и сознательного вмешательства. Естественные процессы характеризовались взаимодействием двух полярностей, а сознательное вмешательство руководствовалось девятичастной схемой, ведущей к бесконечной множественности. В процессе творения космоса человечество – полноценный и ответственный партнер. Хотя мужчина и женщина созданы из одного материала, но качество его различно и природа у них разная. Также они награждены богами духовными качествами. Мы видим здесь четкий контраст с иудео-христианской мифологией, если попробуем сравнить эти мировоззрения. Мы, как и боги, можем выиграть, но можем и проиграть. Мы можем выбрать героическое существование в вечной жизни и борьбе либо отчуждение и смерть.

Глава VI

Знание

Знание это то, что мы оставляем позади себя подобно тому, как животные, на которых мы охотимся, оставляют следы. Чаще для описания этого мы пользуемся словом «традиция». Традиция – то, что передается из поколения в поколение. То, что именно передается, можно представить в двух аспектах: 1. Информация определенного рода, обычно выраженная в устной форме и 2. Сила, то есть энергия или духовная способность, которая обычно передается напрямую от мастера ученику. Нельзя отрицать, что множество известных традиций подчеркивают важность прямой непрерывной передачи учения от основателей и их силы от первого мастера или даже от бога. Часто момент рождения традиции можно определить исторически и хронологически точно. В христианстве считается, что епископы напрямую получают благословение через «апостольское преемство» тех учеников Христа, которых он избрал для распространенния своих догм. Это незавидный способ, поскольку он часто подразумевает необходимость поддержки ригидных форм в бесплодных попытках сопротивляться естественному процессу эволюции. Более того, этот путь неизбежно дуалистичен, поскольку предполагает внешний источник силы – который находится либо «вверху» либо «дается снизу». Следует также сказать, что так называемое апостольское преемство, как уже доказано, было абсолютной подделкой.

Этот процесс предполагает единственный источник легитимного знания и силы, и модель эту можно обнаружить во многих других религиозных и магических системах. Многие школы ритуальной магии тоже делают фетиш из идеи прямой инициатической передачи от единственного источника среди «тайных вождей». В таких случаях мы находим, что некая универсалистская идеология либо открыто защищается либо в наличии где-то на поверхности. Не стоит отрицать, что прямое – лицом к лицу – общение мастера с учеником это самый эффективный способ передачи знания и силы. В любом случае, способ, которым мастер получает в свое распоряжение силу и знание, часто варьируется. Многие из возрожденных неоязыческих движений девятнадцатого и двадцатого веков, тоже, возможно, сочтут нужным найти и у себя такое «апостольское преемство». Взглянув на это явление с нескольких перспектив, мы поймем, что в основе такого желания лежит психологический эффект, и ничего более.

Древнее знание трот не было застывшей традицией. Оно не стремилось сохранить кодифицированный и полумертвый набор догм и пронести его сквозь вечность – что пытаются сделать христиане со своим неизменным «Словом Бога». Есть поэтому ирония в том, что в самой своей сути трот исландца эпохи викингов почти не отличался от трота его самого далекого предка, который пришел из степей за пять тысяч лет до этого. И это благодаря неразрывному потоку знания, а не кодифицированному набору догм или сознательному соглашению.

Многие индо-европейские традиции развивались по линиям, подчеркивающим важность знания, которому обучали в специальных школах, например друиды или индийские брахманы. Но традиция трот осталась во многом областью «естественной теологии» и всегда находилась в движении. Различные племена имели различные традиции, касающиеся жречества, что видно по рассказам об этих традициях римских историков. У одних были жрецы, у других нет. В любом случае, если они были, то отвечали за самые эффективные способы работы с традицией.

Сюда относится и передача рунического знания. Когда мы смотрим на руническую традицию, то видим, что все доказательства указывают на древнюю связь, через которую быстро и безошибочно передавалось руническое знание. Следовательно, обязана была существовать особая субкультура хранителей этого знания. Скорее всего, ими были скальды и / или жрецы Одина. Но даже эта традиция не была набором сложных ритуальных форм и догм. Ядро ее сформировали технические аспекты рунической системы, а индивидуальные характеристики формулировались в различных племенных системах.

Руническая традиция придала определенную форму и «качество» естественной, генетически унаследованной силе, которая посредством этой формы и качества легче могла сообщаться с остальными. Другими словами, руническая традиция, по современным упадочным стандартам, своей простотой сбивала с толку многих людей. Единственный же ключ к простому хранилищу символов хранился в естественно целостной душе и мог открыть дверь подлинной традиции. Словами посвященного в эту традицию:

Стал созревать я и знанья множить

Расти, процветая

Слово от слова слово рождало

Дело от дела дело рождало.

(Речи Высокого, стих 141)

Естественный способ доступа к этой внутренней традиции подавлялся неестественной универсалистской догмой вины и отчуждения. Образ подлинного знания претерпел во многих случаях радикальные изменения. Живущие мастера, обладающие духовными ключами к хранилищу знаний, были либо уничтожены либо не имели возможности передать свои знания. Общество было вынуждено отвернуться от богов в пользу Христа. Но что осталось у нас от этой внутренней традиции на сегодняшний день? Вновь давайте разберем этот вопрос с двух позиций.

  1. Знание как форма традиции

У нас хватает убедительных доказательств в отношении древней германской религии, и благодаря работе талантливых современных ученых в области архелогии, лингвистики и сравнительного религиоведения мы можем начать выстраивать ее на прочном интеллектуальном основании. На самом деле у нас более чем достаточно ключевых символов для восстановления древней традиции, и первоочередная ответственность современных хранителей знания состоит в опоре на подлинные источники, прежде чем они осмелятся на оригинальные далекоидущие выводы.

  1. Сила (Содержание традиции)

В древней форме трот передача силы от мастера к ученику составляла важную часть культа – и, к сожалению, была утеряна. Но это не так серьезно, как могло бы показаться с точки зрения того, кто верит в единственный трансцендентальный источник духовной силы, поскольку у каждого есть доступ к части этой внутренней силы. Эта сила доступна людям благодаря тому, что они произошли от богов – безо всякого «насилия» против этих богов. Сейчас, если эти люди объединят свои духовные силы и сплавят их в доступную для передачи форму и успешно передадут следующему поколению, трот поистине возродится. Реальная структура того, о чем мы говорим, живет на самом деле внутри нас, передаваясь с небольшими изменениями от родителей к детям с самых истоков нашего народа. Это «естественное преемство», частично подавленное чужими догмами, все еще живо и отзывчиво, когда к нему обращаются. Потому что сила принадлежит тому, кто осмелится ее взять.

В этой «проблеме» есть еще один интересный аспект, изучение которого помогает понять, что «проблема» не однозначно негативна. Как мы знаем, центральным для трот является цикл рождение-жизнь-смерть-возрождение. Между каждой смертью и возрождением есть период созревания – это относится к растениям, животным, людям, богам и идеям. Чтобы пережить Рагнарок, Один посеял семя своего возрождения в Видара, чтобы преодолеть свою смерть и вновь возродиться в мире – либо выжить на сияющих равнинах нового мира. Этот процесс также описывает то, что происходит с трот. Последние восемьсот – тысяча лет были периодом созревания, когда сила традиции втайне росла и крепла.

Подлинный практик должен подойти к этому глубоко укорененному в нашей душе знанию с инструментами, дарованными нам богами, работая совместно с истинным духом трот, и сформировать его в традицию, основанную на древнем пути и возрожденной силе. Но что еще более важно – мы обязаны передать это знание своим детям, следующему поколению, поскольку традиция сможет выжить только благодаря им – именно они поймут по-настоящему, что путь умереть не может.

У нас достаточно знаний для истинного Германского Возрождения. Но в первую очередь мы обязаны опираться на подлинные германские источники, прежде чем пускаться в объяснения с помощью экзотических, хотя и (к сожалению) более знакомых концепций. Источник силы всегда внутри нас – неразрушимый. У нас есть традиция, потому что мы и есть традиция. Если мы вновь осмелимся поднять плуг, меч и жезл, сила вырвется из нашей души и потечет по древним путям нашего разума.

Глава VII

Путь делания

Трот – прежде всего путь действия, а не размышлений или веры. В большинстве религий или философий, с религиями схожих, мы можем говорить об идео-логии системы, то есть учении, касающегося его идей. В случае с трот правильнее будет говорить о практико-логии, то есть учении, касающемся его практик, вещей, которые делает последователь трот. Подлинная сущность религиозной или философской системы заключается в том, что совершают ее последователи, а не в том, что они говорят или как объясняют свои действия. Действие – лучший критерий истины.

Отсюда, разумеется, не следует, что мысль не может быть действием. Конечно, может. Однако не всякая мысль есть действие. Чтобы стать настоящим действием, мысль должна быть актом сознательной воли. Такие акты нельзя наблюдать непосредственно и они открыты различным интерпретациям и поэтому считаются второстепенным действием.

Есть три типа действия. Два первых это действия повседневные, а также участие в Великих Благословениях. Третий тип – сознательная умственная активность.

Повседневные действия и управление ими подробно рассмотрены в 22 главе. Точные стандарты того, что делает действие правильным, определяются личностью во взаимодействии с окружающими людьми, но здесь важно иметь в виду, что стандарт находится в том, что кто-то делает, а не верит или о чем размышляет. Недостаточно сказать о человеке, что «у него сердце на месте». На месте у него должны быть и руки.

Кроме повседневных действий практиков трот, у них есть священная обязанность участвовать в Великих Благословениях Года. Это высшая форма действия, в которой человек способен действовать в общей реальности с богами и предками. С чисто «религиозной» точки зрения это участие в Великих Благословениях – центральные акты трот.

Как видно по многим современным религиям, их последователи часто просто выполняют предписанные действия, не особо задумываясь, почему и для чего они это делают. И это естественно. Тех, кто по собственной воле желает погрузиться и изучить знание глубже, всегда единицы. Разумеется, это в первую очередь относится к жречеству любой системы, но им не ограничивается. На самом деле, мыслительные действия равны физическим. В любом случае, их нельзя измерить и нельзя использовать, чтобы оценить качество трот того или иного мужчины или женщины. Именно по этой причине они считаются второстепенными. Частично причина эта заключается в том, чтобы противостоять «ментальности иквизитора», когда «веру» можно поставить под сомнение только потому, что человек несогласен с вашими взглядами. Если он действует верно, то и он сам верен.

В качестве общего правила, касающегося всех вещей в трот, как современных, так и древних, мы можем поставить делание прежде понимания. Таково реальное положение вещей. Перед тем, как достичь подлинного понимания вещи, вы должны получить глубокий опыт обращения с ней. Если мы попробуем «понять» механику того, как человек двигается, перед тем, как начать ходить, мы не сможем сделать ни шага. Практика трот, как и ходьба, это естественно присущее человеку действие – но, как и ходьбе, научиться ему можно только, если кто-то передаст вам это знание.

Глава VIII

Дарение

Хоть совсем не молись,
но не жертвуй без меры,
на дар ждут ответа;
совсем не коли,
чем без меры закалывать.

(Речи Высокого, стих 145)

Дарение чего-то богам и богиням трот или получение от них ответных даров – в этом и заключается суть жертвоприношения. Нет, к сожалению, более неверно истолкованной идеи, чем жертвоприношение. В основном такое непонимание идет от недостатка знаний о наших способах принесения жертв в сочетании с тем, как смотрим на это явление мы и другие культуры. Когда большинство современных людей слышит о жертвоприношении, им в первую очередь приходят в голову девственницы, которых бросают в ненасытное жерло вулкана, человеческие сердца, которые приносят в жертву богу солнца, или животные, сжигаемые на алтаре Иеговы в Иерусалимском Храме. Люди считают жертвоприношение бесполезным суеверным выбрасыванием на ветер самого лучшего в угоду несуществующему богу и его жрецам. То, что в трот понимается под принесением жертвы, отличается от всего сказанного выше. В германской, как и в целом в обще-индоевропейской культуре, жертвоприношение состоит в отдаче богам того, что они считают полезным и нужным, и взятии для человечества того, что является для него полезным и нужным. Жертвоприношение – процесс обмена дарами, связывающий человечество и богов цепью взаимного блага.

Терминология для «жертвоприношения», используемая в трот, достаточно характерна, но для начала давайте рассмотрим само слово. Оно латинское (sacrificio) и означает «делать нечто священным» или «отделять его от профанного мира». Чтобы сделать что-то священным, надо посвятить его богам, то есть сделать этот акт даром и посланием. В ответ на этот дар боги должны ответить на нужды людей. Такова философия индоевропейского жертвоприношения – будь то Иран, Индия, Рим, Греция, кельты или германцы.

В рабочей терминологии трот мы говорим об отдаче, получении или приношении. Каждое из этих слов означает идею дара богам. Древнеанглийские или древненорвежские аналоги этих слов употреблялись также в религиозном смысле. Еще одно слово, которое мы используем – «благословение», буквально означающее «брызгать кровью» (blessing). Технически это означает окроплять культовые объекты и людей оживляющей и освященной силой крови жертвенного животного. Та же терминология использовалась для совершения подобных же благословений водой или любыми другими жидкими приношениями.

Жертвоприношение животного согласно древней традиции в современном трот обычно не практикуется. Но важно понимать природу приносимого в жертву животного, потому что эти принципы можно использовать в нужных целях.

Жертвоприношение животного, по нашим современным понятиям, было ближе к «сакральному барбекю», чем к бессмысленному уничтожению домашнего скота. В прошлом мясо убитого животного служило освященной сущностью бога или богини – которая затем поедалась собравшимися. Это был буквальный акт ритуального «причастия». Каждое животное было связано с тем или иным богом: Одину приносили в жертву коня, Донару – козла, Фрейру – кабана и Фрейе – свинью. (Именно поэтому в христианстве запрещено есть конину). Поедая освященное мясо, собравшиеся обретали более тесную связь с богами. Определенные части животных, которые по каким-то причинам не использовались или не нравились, вроде головы или задних ног, отдавались богам. Только эти части собственно и «приносились в жертву» в классическом понимании этого слова. Их либо сжигали либо клали в священные источники.

Также важно упомянуть, что в обязанности жрецов входило гуманное убийство животного, которого убивали быстро, хотя в ходу были и способы медленного умерщвления без мучений. Это отражено в таких терминах, как староанглийское swebban или старонорвежское soa, буквально означающих «усыпить». Причина этого очевидна: животное есть проявление бога и обращаться с ним нужно внимательно и бережно.

Что касается человеческих жертвоприношений, то к ним было совершенно иное отношение. Древние германцы никогда не жертвовали своими лучшими людьми или первенцами или еще чем-то в этом духе. В жертву обычно приносили преступников или военнопленных – тех, от которых общество желало избавиться. Проще говоря, человеческая жертва была своего рода сакральной «смертной казнью». Жертвой, как правило, выступал тот, кто неким образом нарушил равновесие в мире и должен был восстановить баланс собственной жизнью.

Хотя большинство этих идей сегодня неприменимы, необходимо, чтобы мы знали нашу традицию такой, какова она есть, не позволяя христианским предрассудкам, что наши предки были жестокими варварами, бросить на нее тень. Кстати, корни самого христианства уходят к тем ближневосточным культам, где в порядке вещей было массовое уничтожение не только скота, но и детей.

Ритуальные формы современного трот в основном включают использование освященных жидкостей – меда (крови Квасира), эля или пива. Эти субстанции также применялись и в древности, и в сущности ритуальные техники и мудрость, окружающая их правильное выполнение, всегда одни и те же.

В процессе благословения люди и боги соприкасаются друг с другом, потому что благословение – способ соединения человеческой и божественной сущности. Почему нужно делать это, вполне очевидно. Во-первых, это правильно. В данном случае слово «правильно» используется в сугубо религиозном смысле. Правильно то, что поддерживает естественный порядок космоса как гармоничной среды обитания богов и людей. Благословения – которые должно совершать человечество – помогает поддерживать космический порядок, установленный асами на заре времен. Без этого порядка ни мы, ни боги, существовать не можем. С ростом благословений растет и качество человеческого бытия, с его уменьшением – мы деградируем. В этом мудрость приношений.

Еще одна причина, по которой мы совершаем благословения – обмен дарами с богами. Мы предлагаем что-то и получаем что-то взамен. Ответный дар несет специфику каждого бога или богини. Поскольку этот тип даров всегда требует от богов ответа, мудро будет воздержаться от него, кроме крайней необходимости или в особенные дни, когда такие жертвы необходимы. Совершая жертву, следует быть умеренным, потому что этот дар всегда предполагает ответный. Подобно тому, как легко загубить почву на своем поле, излишне усердно ее возделывая, так же легко испортить добрые отношения с богами слишком усердными жертвами.

Третья причина для участия или проведения благословений состоит просто в том, чтобы поддерживать глубокую связь с богами. Чтобы быть среди них и общаться с ними. Сильнее всего это состояние ощущается в тот момент ритуала, когда мы потребляем освященный напиток или пищу. Чем искреннее и чаще происходит такое общение, тем более подобными богам мы становимся и тем большую силу боги обретают здесь, в Мидгарде.

Мудрость приношения тройственна. Она обеспечивает правильный порядок для жизни и работы, канал и способ получения даров от богов, давая нам возможность поднимать наше бытие на новый уровень.

Глава IX

Священный год

Солнце, друг месяца
правую руку
до края небес
простирало с юга;
солнце не ведало,
где его дом,
звезды не ведали,
где им сиять,
месяц не ведал
мощи своей.

Тогда сели боги
на троны могущества
и совещаться
стали священные,
ночь назвали
и отпрыскам ночи
вечеру, утру
и дня середине —
прозвище дали,
чтоб время исчислить.

(Прорицание Вёльвы, стих 5-6).

Всякой культуре свойственно упорядочивать время, и способ, которым она это делает, позволяет нам проникнуть в душу народа. Сегодня мы обычно делим наше время на дни и недели согласно рабочему распорядку: с девяти до пяти, пять дней в неделю, с двумя выходными – неделя сменяет неделю. Для древних германцев же год и месяц были гораздо важнее дня и недели. Более того, их деление времени управлялось священными принципами, когда символические процессы происходили и в душе и в природе.

То, что мы называем временем, реально увидеть, наблюдая за движением небесных тел – Солнца, Луны, Земли и звезд. Перемены в природе, такие как первые фиалки или долгожданное пение малиновки, происходят параллельно с движением небесных тел – солнце встает над священным местом – и в это же время молодые люди влюбляются (или уходят на войну). Эти три аспекта – на земле, небесах и в душе – являются значимыми и священными. Отсюда берет свое начало сакральный год и почему все это важно учитывать, практикуя трот.

В былые дни и ночи многие германские племена по – разному смотрели на время и на то, как разделять его. Одни пользовались сложным комплексом наблюдений за небесами, другие больше полагались на земные события. К примеру, одна формула определения времени для празднования Пасхи учитывает первое полнолуние после весеннего равноденствия, а другая соотносит его с первым полнолунием после появления первых весенних ростков на священном поле. Первая формула имеет астрономическую привязку, но в некоторых широтах может несоответствовать реальным природным событиям. Другая формула астрономически несущественна, но убеждает, что естественные события на пасху на самом деле происходят. Обе формулы приведут к одной и той же дате празднования весны. Основную роль в обоих случаях играет полнолуние – так как «Луна» означает «измеритель», тот, кто встречает время фазами и движениями. Месяц же буквально означает «измеряющий луну».

Точно так же, как наши древние предки соотносили названия своих годичных и лунных фаз с социо – экономическими реалиями своего мира, делая их сакральными и наполняя смыслом, так же поступаем и мы. Иногда хотелось бы учитывать стандартную схему рабочих дней / выходных, планируя дни священных праздников. Но на самом деле лучше и полезнее выделить свободное время, которое мы посвятим празднованию и общению с соратниками, чем в спешке перед очередным рабочим днем с минимумом энергии праздновать святость праздника и узы братства. В то же время мы должны помнить, что в древнем делении священного года заключался особый священный смысл, который и в нашем современном мире продолжает играть свою роль. Почему мы отмечаем наши самые важные праздники осенью (День Благодарения) и зимой (Йоль), почему Хеллоуин и День Святого Валентина снова стали так популярны? Потому что это бледные, но от того не менее важные отражения древнего деления годового круга.

В германской картине мира на самом деле было всего два «сезона»: зима и лето. Они отмечены празднованием двух величайших благословений – Йоля, зимнего солнцестояния (который начинался приблизительно 21 декабря, продолжаясь 12 ночей) и Летнего Солнцестояния (в районе 21 июня).

В периоды переходов от одного времени года к другому, от лета к зиме и от зимы к лету, праздновалось еще два великих праздника. Они не были сезонами в строгом смысле слова, а, скорее, краткими периодами, отмечающими важность самого момента перехода. Все это отражено в языке, когда слово «весна» отражает момент, когда природа «распускается» вновь. После этого периода наступает лето. Осень (fall) – время, когда листья начинают опадать (fall) с деревьев и затем наступает зима. Тот факт, что эти события происходят в разное время в разных местах, подчеркивает традицию считать праздники подвижными, непривязанными к регулярным «механическим событиям» в небесных сферах. Праздник весны отсчитывается, как уже сказано выше, от первого полнолуния после весеннего солнцестояния или Summer Finding. Осенний праздник Жатвы также отсчитывается от первого полнолуния после осеннего равноденствия.

Остальные праздники примерно попадают в промежуток между этими событиями. Одно из Великих Благословений в трот происходит между Winter Finding и Юлом и называется Зимними Ночами (Winter Nights). На древнем севере его праздновали примерно 14 октября. Между Юлом и Пасхой празднуется так называемый Disting, когда народ собирается на массовые гуляния и проводятся ярмарки. Между Пасхой и Летним Солнцестоянием празднуется Канун Мая (May Eve). После него между Летним Солнцестоянием и Winter Finding проводятся национальные ассамблеи. Все упомянутые здесь священные праздники, кроме Юла и Летнего Солнцестояния, приходятся на полнолуние и длятся три ночи. Таким образом, священный календарь трот выглядит так:

Германцы разделяли небо на восемь частей или направлений. Год делился священными днями и месяцами или лунами. В древности каждое племя делало это с соответствии со своими традициями, в том числе и по-разному называя каждый месяц. Во второй части книги мы рассмотрим ритуальное расписание священных праздников.

Здесь важно понимать, что год представляет цикл, вечное обращение колеса времени, в которое вписаны все великие события. Но от человечества требуется совместная работа с богами и в гармонии с природой, чтобы поддерживать правильное положение вещей в мире. Вновь мы видим необходимость в гармоничной совместной работе людей, богов и природы.

Проходя по колесу года, мы выделяем священное пространство для общения с богами. У каждого праздника своя особенная задача, и в эти священные периоды человек погружается в сакральное состояние бытия. Поэтому в это время между враждующими племенами заключался мир (frith). Восемь спиц колеса года дают нам базовую схему ритуального календаря трот. Внутри этой общей схемы, однако, возможны разные вариации. Кроме перечисленных, есть множество других праздников и священных дней, здесь не упомянутых. Одни традиционны, другие созданы в рамках современных групп асатру. В текущей практике стало общепринятым сдвигать празднование священных дней на выходные, чтобы полноценно их отпраздновать.

Внутренний смысл колеса года столь же глубок и реален, каким он был, направляя в древности деяния наших предков в их повседневной работе фермеров или пастухов. Его нужно понимать так, что цикл представляет истинное положение дел. Гармонизируя себя с ним и принося в нужное время дары, люди возвращали себе положенное по праву от богов и природы. Колесо года это цикл вечного роста, становления, эволюции, если угодно. Поняв и пережив этот цикл, мы сможем понять и все остальные.

Глава X

Народ

Твоей лишь душе
ведомо то,
что в сердце твоем;
худшей на свете
хвори не знаю,
чем духа томленье.

(Речи Высокого, стих 95)

Трот это религия того народа, на чьем языке произнесено это слово. У всех людей есть религия, которая для них привычна и естественна. К сожалению, такие природные религии уступили натиску монолитных империалистических религий. Тем не менее, пока у людей сохраняется этническая идентичность, также сохраняется и возможность возрождения подлинной веры.

Христианство – религия ложная и искусственная. Именно этому факту мы обязаны культурной шизофренией, от которой сегодня страдает наш мир. Инстинктивно мы знаем, каковы наши подлинные пути, но благодаря тому, что мы, как культура, приняли за установленный стандарт то, что противоречит естественным склонностям, то погрузили себя в вечный конфликт с самими собой.

Трот же говорит: «Вернись к вере предков». Практикуя ее, мы просто возвращаемся к тому, что работало веками до прихода лживых доктрин христианства. Трот – не экзотичный или иноземный культ (которым христианство было и остается), возвращение к трот – во многом возвращение к нашему сердцу. Сущность этого возрождения состоит в том, чтобы отбросить чуждый способ мышления и восстановить истинный древний путь.

Трот это религия нашего народа, а это значит, что она особенна для нас как этнической группы. Прежде всего мы стремимся глубоко погрузиться в забытые пути наших предков, постичь их знание и следовать их примеру. Глубокая и простая истина нашего пути – делать то, что делали наши предки. На этом даже сегодня строятся наши законы. Правильно то, что делали раньше. Вернувшись к этим принципам и приняв их как свою веру, человек сможет делать то, что поистине верно.

Великий психолог Карл Юнг в эссе «Вотан» использовал эффектную метафору в отношении того таинственного пути, на котором пребывают древние боги нашего народа, и где они снова смогут возродиться:

Архетипы походят на ложа рек, высохших, потому что их покинула вода, которая может вернуться в любое время. Архетип иногда, как старое русло, по которому в какое-то время текла вода жизни, прорезая для себя глубокую протоку. Дольше она текла – глубже протока и больше вероятность того, что раньше или позже вода вернётся.

Это значит, что наши боги всегда были с нами, и что они легко к нам вернутся, если мы позовем их. Они – словно тайный код в самой сердцевине нашего существа – каждый народ несет такие коды. В каком-то смысле следование трот это путь «наименьшего сопротивления», потому что мы движемся по знакомым внутренним тропам, в то время как следовать чуждым непроторенным путем означает прокладывать путь под давлением внешней догмы.

Проще говоря, трот призывает нас ценить то, что под рукой, видеть священное в привычном. Нам лишь не хватает мудрости, чтобы признать, что «наше славное наследие» на самом деле болезненный и опасный восточный культ смерти, нагло проникший в нашу культуру. Нам нужно снять с глаз шоры, ведь только после этого мы сможем увидеть то, что по-настоящему близко и дорого нашему сердцу.

Пусть невелик
твой дом, но твой он,
и в нем ты владыка;
кровью исходит
сердце у тех,
кто просит подачек.

(Речи Высокого, стих 37)

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть