Julius Eastman — 2005 — Unjust Malaise: игра на стигмах

Юлиус Истман — странное «потерянное» звено американского академического авангарда и по совместительству downtown минимализма. Крайне одаренный пианист, балетный танцовщик, певец и композитор с самого начала своей карьеры крутился у самой вершины американской музыкальной элиты: выступал на «шоу талантов» Мортона Фельдмана, работал исполнителем у Мередит Монк, как-то выбесил самого Джона Кейджа невинной по нынешним временам провокацией с раздеванием исполнителей. Долгое время выступал как исполнитель в значимом для американской академической музыки ансамбле S.E.M. Ensemble чешского композитора с замечательным именем Петр Котик.

Истман принадлежал сразу к двум меньшинствам — был афроамериканцем и геем, что не могло не наложить отпечатка на его личность и творчество, несмотря на то, что к началу 60-х в США обстановка с расизмом и гомофобией стала, скажем, чуть менее напряженной чем пару десятилетий до. Например три его самые главные работы называются Evil Nigger, Crazy Nigger и Gay Guerilla и при жизни их названия не печатали и не озвучивали.

Несмотря на неординарные способности и мировые турне, Истман так и не получил своей доли славы, его записи не издавались коммерчески, более того, последние годы он провел бездомным и в тяжелой зависимости от алкоголя и крэка, а умер в одиночестве от остановки сердца, забытый всеми (его смерть была случайно обнаружена спустя 8 месяцев), его работы были частично уничтожены полицией в ходе какого-то конфликта с законом. Оставшиеся произведения было крайне сложно восстановить, поскольку они были описаны очень схематично и свободно (многие фрагменты можно было играть в любом размере, на усмотрение дирижера), лишь чудом уцелевшие записи его работ позволили декодировать его манеру. А многие работы и вовсе не были записаны, как подобает истинному хаотическому таланту, он не особо утруждался скрупулезным документированием своей деятельности.

На сборнике Unjust Malaise собраны почти все его дошедшие до нас произведения. На первом диске (Stay On It/If You’re so Smart, Why Aren’t You Rich/Prelude to the Holy Presence of Joan D’Arc) представлены более сложные его работы, в которых простые на первый взгляд минималистичные переборы в духе Стива Райха внезапно сменяются атональными волнами, с неуловимо едущим куда-то питчем и не самой тривиальной полифонией.

На втором и третьем представлены минималистические произведения, в том числе те самые, со скандальными названиями, в музыке которых нет ни капли скандала — легкие, эмоциональные, страстные, похожие на переменчивое течение реки или сменяющиеся фронта летних облаков. Работы Юлиуса вышли в период самого начала становления американского минимализма (Terry Riley, Dream Syndicate, Glass), но сразу же стартовали невообразимо высоко, в них нет ни грамма примитивизма и выматывающей механистичности, простыми на первый взгляд переборами рисуется огромная картина, пассажи как будто бегут наперегонки друг с другом.

От музыки накрывает шквалом эмоций, в нее можно просто нырять или парить в ней, насколько она внутренне легка, несмотря на отдельные тяжелые и даже мрачные фрагменты. Вообще его произведения на мой взгляд — идеальный entry-level для человека, который интересуется современным академическим авангардом. Они — сложные, простые, легкие, тяжелые, монотонные, многомерные и попросту живые. Незаслуженно забытый гений, и очередное доказательство, что в искусстве самые гениальные вещи и люди скорее остаются невостребованными, и лишь в нашу медиа-эру наконец можно восстановить подлинную историю музыки.

Ⓚ Жужжащая Химера

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть