Джордж Ромеро R.I.P.

«Я ненавижу блогосферу. Я ненавижу все эти дневники, форумы и живые журналы: там сидят подонки, желающие собрать под свои знамена маньяков и разрушить наш мир. Они все лжецы, все не те, кем хотят казаться. По мне интернет — проблема гораздо большая, чем нелегальная иммиграция из, скажем, Мексики«. (c) Джордж Ромеро

У некролога по Ромеро возникает одна неизбежная проблема. Он будет про зомби. Покойный делал всё, чтобы избежать славы специалиста по живым мертвецам, но в итоге полностью проиграл битву с брендом. Он честно пытался. Его вампирский арт-хаус «Мартин» тоже достоин всяческого внимания, как и биохоррор «Безумцы». Только публика хотела от него одного. Зомби. И её можно понять.

Его «Ночь Живых Мертвецов» — это тот редкий случай, когда малобюджетный дебют никому не известного автора сразу сформулировал структуру нового жанра и породил штампы, использованные в будущем в тысячах подражаний. Иногда новый человек попадает в яблочко с первой попытки. И потом всю жизнь пытается повторить успех.

В любом случае перед нами как раз тот случай, когда «первый» действительно означает «лучший». Сколько бы ни повторяли эту формулу, она всё равно сработала только один раз.
Очень важный аспект. Ромеро полностью уходит от классических фильмов вроде «Белого Зомби». У его мертвецов нет хозяина. Нет никакой воли за действием, чистая случайность. Возможно, это действительно падение спутника, но это, в принципе, совсем не важно. Чистая материя вдруг обрела способность двигаться и воспроизводить себя путём превращения людей в себе подобную материю. При желании про этот аспект можно написать пространное эссе с цитатами из «Царства Количества и Знаков Времени». Но это тот случай, когда сама разница между классическими и современными фильмами про зомби говорит про изменения в массовом сознании лучше любых философских и культурологических теорий. Новаторство этого фильма совпало с духом времени.

Разумеется, на одном новаторстве такого успеха бы не получилось, фильм сам по себе блестящий. Связный, внятный и действительно жуткий. Персонажи, запертые в окружённом зомби доме, выглядят живыми, и наблюдать за их взаимоотношениями не менее интересно, чем за их безрезультатными попытками выжить.
Вторая и третья часть тоже достойны внимания. Вся трилогия является явной метафорой левого толка. В первой части ключевой темой был расизм, во второй — общество потребления. Всё действие происходит в гигантском супермаркете, куда толпой направляются живые мертвецы, ведомые оставшимися от прошлой жизни условными рефлексами.
Третий фильм очень скромный, даже камерный. Действие в нём происходит на подземной военной базе, давно окружённой мёртвыми землями. Все окрестные города населены ходячими трупами, на радиосигналы никто не отвечает. Судя по всем признакам, данная база осталась одним из последних, если не последним, островком былого человечества. Разумеется, этот аспект никак не помешал остаткам человечества в занятии любимой игрой этого самого человечества. Установлению иерархии и подавлению друг друга. В этот раз Ромеро дал волю своему пацифизму. Общество на базе состоит из учёных и военных, и не трудно догадаться, какая именно сила выступает в качестве тупых агрессоров, действия которых и приводят к обязательной финальной бойне.

Когда в 2005-ом Ромеро сдался и начал штамповать зомби-хорроры, то и в них проявлялась социальная критика, только уже совсем мрачного толка. Главное в «Земле Мертвецов» — образ общества, в котором формально живые мертвее, чем зомби. Основная интрига — попытка одного из наёмников пробиться в ряды богатых. Причём после отказа принять в правящий класс, он угоняет бронетранспортёр и угрожает обстрелять город, если ему не выплатят деньги. И та серьёзность, с которой персонажи фильма относились к бумажкам, уже практически ставшим бесполезными, пугала больше, чем ходячие трупы. Ромеро давал лишь два варианта выхода для последних оставшихся людей. Либо поднимать восстание, брать власть в свои руки и пытаться всё изменить, либо бежать на север, подальше от человечества. Любого человечества, как живого, так и не мёртвого. Сам Ромеро в итоге явно склонялся к мизантропии. Это не удивительно, ведь он так и не стал тем, кем так стремился стать. Хотя у него были и талант и идеи. Одна из которых, самая первая, оказалась слишком удачной.

Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

wpDiscuz

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Закрыть